Продолжаю ставить подборку цитат из очень интересной, на мой взгляд, книги британского историка Роберта Кершоу "1941 год глазами немцев. Березовые кресты вместо Железных", в которой автор собрал и проанализировал множество документальных свидетельств участников событий по обе стороны восточного фронта. 1-ая часть - "Что солдаты Вермахта говорили о русских? " Пугающая страна
«Военный корреспондент Феликс Лютцендорф, служивший в эсэсовских частях на Украине, писал: «Это бескрайняя страна под бескрайним небом с уходящими в бесконечность дорогами. Все города и села здесь похожи друг на друга. Все население одинаково — одинаковые женщины и дети, стоящие по обочинам дорог, у одинаковых колодцев, у одинаковых скотных дворов… Стоит колонне съехать с дороги на поле, приходится ежеминутно сверяться с компасом, ты ощущаешь себя мореплавателем в необозримом океане». «Эти бесконечные равнины, дремучие леса, тут и там ветхие хибары — жуткая картина», — писал домой немецкий солдат. По его слова
Продолжаю ставить подборку цитат из очень интересной, на мой взгляд, книги британского историка Роберта Кершоу "1941 год глазами немцев. Березовые кресты вместо Железных", в которой автор собрал и проанализировал множество документальных свидетельств участников событий по обе стороны восточного фронта.
1-ая часть - "Что солдаты Вермахта говорили о русских? "
Пугающая страна
«Военный корреспондент Феликс Лютцендорф, служивший в эсэсовских частях на Украине, писал:
«Это бескрайняя страна под бескрайним небом с уходящими в бесконечность дорогами. Все города и села здесь похожи друг на друга. Все население одинаково — одинаковые женщины и дети, стоящие по обочинам дорог, у одинаковых колодцев, у одинаковых скотных дворов… Стоит колонне съехать с дороги на поле, приходится ежеминутно сверяться с компасом, ты ощущаешь себя мореплавателем в необозримом океане».
«Эти бесконечные равнины, дремучие леса, тут и там ветхие хибары — жуткая картина»,
— писал домой немецкий солдат. По его словам, «все здесь тонет в бескрайней дали».
По мере продвижения на восток росли и опасения.
«Ориентироваться в России — все равно что в пустыне, — высказал свое мнение еще один солдат. — Если не видишь горизонта, считай, что заблудился».
Мнение другого:
«Эти огромные расстояния пугают и деморализуют солдат. Равнины, равнины, конца им нет и не будет. Именно это и сводит с ума».
«Куда эта война заведет нас, в какую даль?»
— вопрошал 33-летний Гюнтер ван Сохевен, сражавшийся на южном участке фронта.
«Здесь нет никаких внятных ориентиров, одна только бесконечность. А противников все больше. И встречается он все чаще, несмотря на приносимые нами жертвы».
Солдат все острее ощущает тоску по дому.
«С каждым днем мы все дальше и дальше от дома, но сердце наше там»,
— таков вывод Гюнтера ван Сохевена.
Унтер-офицер мотопехоты Вильгельм Прюллер из 9-й танковой дивизии писал 4 июля:
«Нам рассказывали страшные вещи о том, как поступают русские с попавшими к ним в плен». 8-я рота его 11-го стрелкового полка была наголову разбита, попав в засаду. Потери — 80 человек убитыми. «Раненые пытались прикладами отбиться от русских, но в итоге и сами погибли».
«Я всегда боялся русских, — признавался немецкий солдат по имени Эрхард Шауман (группа армий «Центр»), — поскольку они всегда казались мне диковатыми».
Русские всегда отличались умением поставить природу себе на службу [выделено автором книги] — необозримые леса, топкие болота, — проявляя при этом недюжинные умения ведения ночных боев.
«Там, где мы в силу своей цивилизованности оказывались бессильными, — продолжает Шауман,
— они реагировали точно дикое зверье».
Невежество противника, страх перед ним, в свою очередь, подвигали немцев на бесчеловечность.
По словам танкиста Ганса Бекера
— «жестокость порождает жестокость». Он считал, что «не может быть оправдания зверствам, совершавшимся в отношении русских».
Роланд Кимиг, другой солдат вермахта, размышлял в послевоенные годы:
«Если бы на нас напали, скажем, «русские орды», как на них напали наши «фашистские орды», надо сказать, что мы временами и вели себя подобным образом, так я сражался бы с ними до последнего».