А вот и книга «про бойца, без начала и конца». Это современное издание, у меня было другое, более фундаментальное.
Вот он, поворот на Родину.
Общий вид дома, восстановленного после войны братьями писателя.
А это уже внутри дома. Тут надо остановиться подробнее. Когда я вошел, прямо остолбенел. Все мне живо напомнило мое детство. Точно так же выглядела изба моего деда по отцу.
Разница только в одном – здесь печь справа, а у деда бала слева. И даже стулья такие же. Их называли «Венские». Все внутри всколыхнулось от воспоминаний. Даже почувствовал, как на Яву, запах испеченного хлеба и даже представил себе – вот сейчас отрежу кусок и намажу маслом, только что взбитым. Это было так вкусно…
А это я уже в кузнеце отца поэта, он был из сельской аристократии – кузнецом. Да и женат был на девушке из «однодворцев», т.е. – дворянке. Получил за ней 200 рублей приданого (сейчас, если не ошибаюсь, это было бы половина миллиона). За что, собственно, и пострадал. Был раскулачен.
Продолжаем осмотр...
А это аллея, не могу сказать – прижизненная или уже после восстановления хутора посажена. Но как сказала экскурсовод – об аллее всю жизнь мечтал отец Твардовского. Как видим, и в те времена низшие классы подражали высшим, аллея - обязательный атрибут дворянской усадьбы. Но об этом подробнее уже в следующий раз. Побываем в усадьбе композитора Глинки.
От хутора Твардовского до усадьбы Глинки, можно сказать, «рукой подать», но это по нашим, русским понятием. А так, пилить и пилить…