Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Денис Гладких

Памятное дерево.

Евтеевы Шёл декабрь. Зима началась раньше обычного. Снега выпало много, было холодно и многих этот вопрос волновал. Многих, но не Михаила Петровича. О погоде он совсем не думал. Михаил Петрович был высоким, худощавым, жилистым и сильным мужчиной. Его длинные, седые волосы, как бы продолжались переходя в длинную и седую бороду и усы. В уголках его серых глаз навсегда врезались морщинки. Глаза всегда улыбались. На лбу были глубокие и толстые морщины, говорящие о прожитой не простой жизни. И что-то в его лице было такое, что не смотря на его внешнюю доброту придавало ему какую-то угрюмость и грусть. Он не всегда был грустным. Несколько месяцев назад такой черты не было. Он пережил много всего, что пережили люди родившиеся во время войны. Он еще и остался сиротой и пожил в детском доме. Было не просто, но не было грустно и печально… Екатерина Николаевна, жена Михаила Петровича, была полная женщина со средними по длине, золотисто седыми жидкими волосами. Её лицо было круглым, от этого она в

Евтеевы

Шёл декабрь. Зима началась раньше обычного. Снега выпало много, было холодно и многих этот вопрос волновал.

Многих, но не Михаила Петровича. О погоде он совсем не думал.

Михаил Петрович был высоким, худощавым, жилистым и сильным мужчиной. Его длинные, седые волосы, как бы продолжались переходя в длинную и седую бороду и усы. В уголках его серых глаз навсегда врезались морщинки. Глаза всегда улыбались. На лбу были глубокие и толстые морщины, говорящие о прожитой не простой жизни. И что-то в его лице было такое, что не смотря на его внешнюю доброту придавало ему какую-то угрюмость и грусть. Он не всегда был грустным. Несколько месяцев назад такой черты не было. Он пережил много всего, что пережили люди родившиеся во время войны. Он еще и остался сиротой и пожил в детском доме. Было не просто, но не было грустно и печально…

Екатерина Николаевна, жена Михаила Петровича, была полная женщина со средними по длине, золотисто седыми жидкими волосами. Её лицо было круглым, от этого она выглядела доброй и заботливой. Она такой и была, но жизнь наложила свой отпечаток на её характер. Её внутренняя доброта внешне была прикрыта маской грубости. Так было принято в окружении. Она так привыкла.

Как и большинство стариков они были одиноки, внимания им не хватало и они общались, в основном друг с другом и иногда сами с собой.

Питаться они стали скромнее, супы из овощей и крупы - это их основная еда.

Иногда, с пенсии баловали себя вкусным сыром и копченой колбаской.

А по праздникам позволяли себе вино.

Сейчас многие задумываются о правильном питании, но пенсионерам не до жиру. Живут по возможностям.

Грусть

Странная цепь событий началась ещё летом. Их старый пёс, дворняга, неожиданно умер однажды ночью. Они погрустили около месяца и Екатерина Николаевна - супруга Михаила Петровича, со слезами на глазах, сказала: «С кем теперь гулять, на улицу без Дика идти скучно».

Вот в это время его грусть и стала появляться…

Екатерина Николаевна и действительно почти перестала выходить на улицу. У нее усилились боли в коленях и она все чаще стала лежать.

Их сыновья повзрослели и разъехались по миру. Коля теперь жил в Америке, Лёша Австралии, родителям иногда звонили, но приехать как-то не удавалось и они не виделись уже больше 10 лет. У каждого из них были свои семьи, дети, заботы.

Екатерина Николаевна гордилась ими, они добились уважения и были успешны каждый в своем деле.

- Дед, ты видел фото внуков? - спросила она Михаила Петровича.

- Да, хорошенькие, малой кудрявый - ответил Михаил Петрович из кухни.

Они часто так сидели в разных комнатах и их общение было редким.

- Хорошо что Коля и Лёша уехали, им там лучше. Жалко что редко звонят. Хорошо что сестра привезла фотографии. А то бы и не знали как выглядят внуки. - с грустью сказала Екатерина Николаевна.

- Ага - тихо ответил Михаил Петрович.

- Коля то начальник сейчас, в большой фирме, я горжусь им - снова завела разговор Екатерина Николаевна.

- Да, делают какую-то технику современную, а Лёша то, тоже важный, строитель или архитектор! - подходя к ней ответил Михаил Петрович.

- Помнишь, когда Лёша был маленьким мы купили вот этот подсвечник - показала куда-то в угол Екатерина Николаевна.

Он посмотрел в угол, задумался и вспомнив что-то ушел в свои мысли, так и не ответив ничего.

Они уснули увлекшись каждый своими мыслями.

На следующий день Михаил Петрович пошел в магазин и, проходя мимо своего старенького жигуленка, увидел зеркало висевшее на проводах…

- Вот хулиганы, чёрт бы вас побрал! - выругался он в пустоту. Машина уже давно не заводилась, но грела душу, тем что она есть. Он потянул зеркало на себя, провода оторвались и зеркало осталось у него в руке.

Он вернулся домой.

- Бабка, смотри, зеркало свернули моей ласточке.

- Что ты говоришь?

- Я говорю зеркало свернули, вот смотри.

- Ох, как же это?

- Хулиганы проклятые…

- Все равно не ездишь на ней, продал бы уже ее.

- Нет, потом сделаю. Вдруг поедем куда.

- Куда мы поедем уже, дед? Ты уже наверное и не умеешь.

- Тьфу, на тебя, это отдушина моя, а ты…

- Ладно, прости. Покатала она нас.

Михаил Петрович пошел к кладовке, положил зеркало и решил что с пенсии купит такое же и поменяет.

Сходил в магазин и в аптеку, бабке становилось всё хуже.

- На вот тебе лекарства, которые просила. Пьешь их, а тебе только хуже становится.

- Не ворчи! Старая уже стала, одно лечится другое калечится.

- Я то старше, а бегаю еще по магазинам, да по аптекам.

Екатерина Николаевна вздохнула, задумалась о том, что ей сказали врачи, всплакнула потихоньку и уснула.

Так проходили их дни, почти каждый день. Она лежала, редко поднимаясь, для того чтобы пойти на кухню, что-то приготовить, если была в силах и поесть.

Иногда они вспоминали как они жили.

Так в один из темных зимних дней они вспомнили, как ходили на рыбалку с Диком. Сами они речную рыбу не любили, а Дик ждал каждую рыбку.

Им было смешно, как он бегал и крутил хвостом, жалобно глядя в глаза, выпрашивая рыбу.

- Помнишь как мы позапрошлым летом ходили с Диком на рыбалку? - спросила Екатерина Николаевна, со слезами.

- Помню, помню, этого хвостатого.

- Давно ты свои снасти не доставал.

- Да, одному там делать нечего, скучно, да и не едим мы ее, эту рыбу.

- Я бы сходила, но не могу уже.

- А помнишь, мы не поймали ничего и пошли за грибами?

- Помню конечно, Дик все грибы перетоптал.

- Картошечку с грибами тогда сделали. Очень вкусно было

- Да, вкусно было.

Так прошел очередной день. Екатерина Николаевна совсем слегла.

Сегодня как уже и третий месяц подряд он пришел домой с опаской глядя вглубь квартиры и прислушиваясь, пока разувался, к звукам из комнаты…

Они сидели и что-то вспоминали из прошлой жизни, ей стало плохо.

- Кажется я оставлю тебя одного.

- Похоже на то. Что тебе совсем плохо?

- Да - и она больше ничего не сказала ему, просто посмотрев в его глаза.

Потом ее глаза закрылись и дыхание остановилось. Так она умерла.

Михаил Петрович посидел, держа ее за руку, потом на его глазах навернулись слезы и воспоминания увели его в их прошлую жизнь, где все еще были живы и счастливы.

Дети приехать не смогли. Выслали денег. Он похоронил ее.

Воспоминания приходили к нему каждый день.

Её вещи, напоминали о ней и он решил сделать памятное место.

Дерево памяти

Однажды, как только сошел снег, он собрал все её вещи и все, что было с ней связано: куртку, блузки, брюки, икону, подсвечник, зеркало от машины, ошейник Дика вместе с поводком, рыболовные снасти и Нож которым она резала грибы и даже ее клубки шерсти и все что смог еще найти по мелочи.

Он не выбросил все это, а пошел на пустырь и аккуратно развесил все эти вещи на красивом дереве и в самом лучшем месте на его взгляд.

Он подумал, что на могилу ездить далеко и он не сможет, а поминать не далеко от дома будет в самый раз.

Он хотел приходить туда иногда, но возраст брал свое и через пол года он тоже скончался.

То дерево так и стоит на пустыре украшенное ее вещами. Никто не знает что он это дерево украсил для себя.

Кто случайно натыкается, обходит стороной это странное место, дети о нем и не знают.

А дерево стоит и напоминает людям о любви и доброте, не смотря на то, что они этого понять не могут.

Дерево памяти
Дерево памяти
Дерево памяти
Дерево памяти