А время так быстротечно. Вроде бы вчера еще беззаботное детство гуляло в волосах, заставляя время останавливаться. Лучи утреннего солнца так часто заставали отнють не в отчем доме. А музыка ветра путала мысли и чувства, заставляя биться сердца в унисон. Мы были как птицы, расправляя крылья старались улететь, но все равно сбивались в стаи. Вокруг было так много лиц, подчас их вихрь смешивался во что то единое, где невозможно было разобраться кто рядом. Здесь было все и любовь смешанная с ненавистью, и нежность с чертами кровавой жестокости, и дружба с привкусом предательства. Здесь были все за одного как в известном произведении, но так часто приходилось оставаться на едине со своими демонами, что каждый из нас становился бойцом на собственном ринге сегодняшнего дня. Мало кто признавал чужую заботу, считая себя самым умным и знающим. Мы шли против системы подминая трупы под жернова этой кровавой машины. Мы были сильнее, ловче, круче, но каждую ночь представали на страшный суд собственной совести. Мы не боялись ровным счетом ничего, так часто играя со смертью, что уже не оставалось страха, а тело покрывалось все большими отметками тех моментов, когда казалось, что это точка невозврата. Лица менялись, кровь мешалась с алкоголем и психоактивными веществами создавая коктейль Молотова, который мог легко взорваться в любой момент стерев все с лица земли. И мы бежали, от всех, от мира, от себя, так далеко, что порой было сложно найти путь домой. Тогда легко можно было заснуть в одном городе, а проснуться в другом, без денег, но с друзьями. И мы не боялись, почему то совсем не было страха. В каждом городе мы знали где найти своих, которых не понимало общество. Наши руки были вымазаны кровью и грязью, а в душе жили дети, которым так нужна была любовь и защита. Среди нас были и романтичные лирики с фиолетовыми волосами, и грустные Пьеро окрашивающие мир с черно-розовые краски, и жестокие убийцы с руками пианистов, и наркоманы рисующие превосходные картины. Нас было много, но у каждого в душе сияла хрустальная пустота, которая была страшнее ядерной войны, потому что разрушала лучшие умы эпохи. Это было наше время, такое неоднозначное, но настолько притягательное, что сводило с ума.
