Почему я не мог бросить ее раньше. Просто послать, вычеркнуть из жизни, вырвать из сердца из души? Наверное, я любил ее и, скорее всего, продолжаю любить. Почему? Не знаю. Не могу я разобраться в своей тонкой душевной организации. Может быть потому, что я падонок и не достоин даже ее мизинца. Как я себя вел! Я приходил к ней бухой, с разбитой рожей и сбитыми в кровь кулаками. Ни слова упрека. Она садилась передо мной на колени, снимала мои загвазданные шузы и надевала тапочки, которые подарила мне на день рождения. Спокойно обрабатывала мои раны. Мы сидели на кухне, курили и разговаривали за жизнь. В остатке ночи страстно любили друг друга и засыпали на узенькой тахте. Не знаю, любила она меня или жалела. Она всегда всех жалела. А я любил ее. Любил тогда, когда она поселила у себя каких – то скотов, рабочих хохлов, которых отбила у ментов. Эти хохлы, потом ее чуть не изнасиловали по пьяни. Я с друзьями долго гонял этих козлов по району, и только мысли о ней остановили меня от роковой крайности. Любил и тогда, когда она привела в дом уголовника, которому негде было жить после освобождения. Я хотел его выкинуть, а в итоге ушел сам. Потом он обворовал ее, унес ее нехитрые пожитки и даже ее семейный альбом. После этого я долго не видел ее, а когда случайно встретил она сказала – Я искала тебя. Переезжай ко мне. Кажется, я люблю тебя. Так мы и жили. Я приходил, она надевала мне на ноги тапочки….
Я открыл дверь в квартиру. Странно. Она не вышла меня встречать. Я посмотрел на пол и не нашел своих тапочек. Услышав голоса на кухне, я прошел туда. За столом сидела Она и….Леша… уголовник, который ее ограбил. Вместе они увлеченно разглядывали семейный альбом. Она подняла голову, увидела меня, улыбнулась и сказала: - Смотри, а Леша мой альбом принес. Леша посмотрел на меня, поднялся из за стола, протянул руку и, улыбнувшись фиксатым ртом сказал: - Бес папутал, братишка. А я стоял и смотрел не на его протянутую, поганую руку, а на его ноги. На них были надеты мои тапочки. Молча повернувшись, я вышел в коридор ….
Они догнали меня у подъезда, когда я раскуривал сигарету. – Андрей, почему ты ушел? Леша не такой…. – Эээ, братан, пойдем обратно….. Я посмотрел на них, мне многое хотелось им сказать, но я лишь выдавил из себя – Тапочки отдайте.