У каждого человека своя судьба. Не всегда она проста и безоблачна. Одни, столкнувшись с выпавшими на их долю испытаниями, предпочитают сдаваться и плыть по течению, другие выбирают иной путь - борьбы за счастье. К таким людям можно по праву отнести героиню этого очерка Идею Иосифовну Старых.
Семья большевика
Жизнь для семилетней круглолицей хохотушки Иды казалась простой и ясной, а будущее - заманчивым и непременно счастливым. Мама прочила ей профессию зубного врача, но выбор оставался за дочерью. В тревожные тридцатые годы прошлого столетия людей с большим достатком не было, жили, как правило, бедно или чуть получше. Семья НКВДшника Иосифа Георгиевича Калашникова, бесспорно, относилась к числу последних. Карьера отца Иды росла стремительно. Когда молодая жена Надежда ещё до рождения дочери приехала к служившему в Иркутске мужу и устроилась работать на завод обычной мойщицей бутылок (потом, шутя, она говорила дочку, что нашла её в бутылке), эта пара уже выделялась из общей массы и не казалась простой. Всегда подтянутый, энергичный, целеустремлённый секретарь комсомольской организации подавал большие надежды. Партия нуждалась в таких надёжных, политически подкованных людях. А он в свою очередь старался оправдать возложенные на него надежды.
Даже имена, выбранные детям самим отцом, носили политическую подоплеку. Дочка Идея названа в честь утопических идей революции, родившийся через год и девять месяцев после неё сын Феликс обязан своим именем Ф. Дзержинскому. Всё воспитание детей велось в патриотическом, идейном ключе. По долгу службы главы семейства Калашниковы исколесили весь Дальний Восток. Но где бы они ни жили, в каком бы доме ни находили ночлег, запомнились Иде строгие лики вождей, сердито смотрящие на девочку с портретов, длинным рядом развешенных вдоль стены руками её отца. А ещё в память врезались призывные звуки «Интернационала», с которыми неизменно каждый день семья большевика встречала утро и отправлялась ко сну.
Назначение
Кочевая жизнь закончилась, когда отца назначили начальником оперативного пункта управления государственной безопасности станции Амазар Амурской железной дороги.
То время вспоминалось Иде, как самое светлое, радостное мгновение детства. Почтение и уважение соседей, знакомых. Добрая, кроткая мама. Строгий, требовательный, но любящий отец. Весёлый товарищ и компаньон во всех детских забавах и шалостях - брат Феликс. А скоро появился и ещё один член семьи: родилась сестрёнка Лариса.
Зыбким оказалось наивное счастье ребёнка. Мир, где царят добро и понимание, мир справедливых дядей и тётей разрушился в одночасье.
Арест
Поздней ночью в дверь громко постучали. И четверо человек в военной форме, ворвавшись к Калашниковым, перевернули спокойную жизнь семейства. Обыск дома, последовавший затем арест хозяина произошли внезапно и стремительно. Запомнился маленькой Иде плач брата, собственный страх, отчаяние матери.
Слышатся, как сейчас, слова побледневшего, но сжавшего волю в кулак и не показавшего страха отца, обращённые к супруге: «Надя, не волнуйся. Я ни в чём не виноват! Это недоразумение. Скоро во всём разберутся, и я вернусь домой!»
Трудно сказать, верил ли он сам в то, что говорил, или хотел утешить родного человека, но он не вернулся. Несчастные, уводимые конвоирами в тёмную ночь, обратно возвращались редко. Лишь через многие годы, в 1989 году, узнала дочь о трагической судьбе своего отца.
В присланной ей справке о реабилитации она прочитала:
Иосифу Георгиевичу было предъявлено обвинение в том, что он якобы является агентом японской разведки, и в участии в повстанческой и террористической организации, действующей на территории Дальневосточного края На судебном заседании Калашников И.Г. заявил, что виновным себя в предъявленном ему обвинении не признаёт. На основании приговора Военной коллегии Верховного суда СССР от 10.09.38 г. Он был расстрелян в г. Хабаровске.
О том, какие испытания выпали на Долю Идочки и её семьи читпйте в следующей публикации