Случилось чудо. Два дня сидим без дела. Ни одного мертвого не привезли. Это просто фантастика. Наверное, люди поняли, что умирать нынче не выгодно, и стали тянуть изо всех сил. Но вот, после обеда, подъезжает машина. Это я сглазил. Нужно было молча сидеть, не трепать языком.
Выхожу помогать, выгружать тело. Обыкновенный мужичок за пятьдесят лет. Внешних повреждений нет. Обычное дело – прихватило сердце. Поблизости никого, скорая помощь приехала поздно. И все, теперь наш пациент.
Закатываю его в зал. Выбираю стол поближе к выходу. Представьте, стол выбираю! Иногда бывает, что и положить некуда, все занято. А сегодня – красота. Перекладываю труп. И, знаете, уже тогда одну странность отметил. Он не пах, как обыкновенный покойник. У тела бывают разные стадии разложения. И у каждой есть свой, особый запах. По нему опытные врачи и патологоанатомы очень точно могут определить, когда наступила смерть. А у этого трупа все иначе. Ни как только что умерший, ни как несколько часов полежавший. Какой-то у него специфический запах присутствует. Чуть уловимый.
Ладно, подготовил все, пошел звать прозектора.
В некоторых странах специальность «прозектор» и клинический патоморфолог, патогистолог выделены отдельно (в России они являются составляющими профессии патологоанатома).
- Док, - говорю, клиент ждет, когда вы соблаговолите обратить на него свой взор.
- Иду, иду. Спешу на всех парах. Вдруг еще убежать надумает!
Возвращаемся вдвоем. Патологоанатом готовится, берет скальпель, делает надрез. И с громкими матерными воплями отскакивает назад. Я такое вижу впервые.
Подхожу поближе и делаю тоже самое. Из трупа бежит синяя жидкость. Чертовщина какая-то!
- Док, что за ерунда происходит?!
- Да если бы я знал! – возвращается обратно прозектор. – Сейчас будем разбираться.
Он делает еще несколько надрезов, берет инструменты, вскрывает грудную клетку. Затем глубокомысленно замирает, изучая открывшуюся картину.
- А хочешь, я тебе интересную вещь расскажу, дружочек?
- Я весь внимание.
- Ты, как медик, знаешь, что кислород по организму переносит кровь. Она красная из-за содержащегося в ней железа. Но есть на земле несколько живых существ, у которых в крови содержится медь, выполняющая функции транспортировки кислорода. Слышал про осьминогов, собачку забавную чау-чау. Так вот, это тот случай!
- И что дальше?
- Иди сюда и смотри. Дальше?!
Перед нами лежат останки живого существа, в кровеносных сосудах которого текла жидкость синего цвета. Я сделаю ее анализ, и на сто процентов уверен, что в ней содержится медь.
- Он, что, получается, не человек?!
- Я не могу этого сказать, но, как мне кажется, он наш дальний родственник.
- В смысле?
- Наши предки были кроманьонцы, а его – не знаю кто. И да, ты уже заметил, что он не разлагается? Запаха нет.
Кроманьо́нцы — общее название ранних представителей современного человека, которые появились в Европе значительно позже неандертальцев и некоторое время сосуществовали с ними (40—30 тысяч лет назад).
- Да, доктор, это я сразу почувствовал.
Ладно, убери его пока в холодильник, а я анализ крови пойду делать.
Этот необычный день закончился, как и сама история. «А что же дальше?» – спросите вы. А дальше – ничего.
На следующий день ничего не было. Ни трупа в холодильнике, ни анализов крови, ни сопроводительных документов. Мы с доктором понимающе переглянулись. На моей практике уже такое бывало. Иногда с нами проводили беседу люди в штатском. Вежливые такие, спокойные. Но чувствовалось, чуть взбрыкнешь, и мало тебе не покажется.
После «дружеского» общения мы с врачом-патологоанатом подписывали документы о неразглашении. И очень сильно старались держать язык за зубами. Хотя, когда в дружеской компании сболтнешь лишнего, никто тебе не верит. Все смеяться начинают. Мол, вот парень, в морге работает, а такие байки травит, что закачаешься. Вот вы, читатели, наверное, тоже не верите, что это все было?!
А тогда, под вечер, в комнату отдыха, где мы с прозектором пили чай, зашли трое. В костюмах, шляпах, темных очках. Но не вежливые люди. Посмотрели на нас, затем один очки снял, присел к нам за стол. И чашка в моей руке застыла возле рта. Глядя ему в глаза, я прекрасно осознавал, что его зрачки… Они не круглые! Они как у кошки, щелевидные.
- Где он? – Помолчав, спросил вошедший. – Нам нужно его забрать.
Двое других стали за его спиной.
- Я вам честно скажу. – Откашлявшись, сказал док. – Мы не знаем. Вчера делали вскрытие, оказалось, что он не человек. Да и вы тоже не люди.
Сидевший «гость» молча кивнул.
- Так вот, - продолжил патологоанатом, - мы убрали его в холодильник. Правила у нас такие. А сегодня утром тела не оказалось на месте. Ничего нет, ни трупа, ни сопроводительных документов. Ничего!
- Ясно. – Ответил «гость». – Мы знаем, кто его забрал. Спасибо.
«Гости» медленно стали растворяться в воздухе, пока не пропали совсем.