В четвертом классе проходят правописание приставок. Молодая учительница дает задание:
- А теперь придумайте слова с приставкой по-.
- Побежать, положить, подойти...
Бедно одетый, худенький мальчишка, обычно сидящий безучастно, вдруг тянет руку. Конечно, его непременно надо спросить — это азбука индивидуального подхода.
Обрадованный замухрышка вскакивает:
- Похмелиться, - громко выпаливает он.
Класс хохочет. А он краснеет. Он не хотел покуражиться, баловаться. Он сказал то слово из своего речевого запаса, что чаще всего слышит дома.
Неужели его родителям не жаль своего ребенка? Каким они представляют в будущем?
В девятом классе городской школы взрослящиеся девицы, нагловатые, пустоглазые парни держатся обособленной группкой, задают тон в отношениях.
Идет урок внеклассного чтения. Молодой педагог:
- «Репортаж с петлей на шее» написал известный чешский публицист Юлиус...
Учитель делает наводящую паузу. Кажется даже слышно, как неумело, непривычно скрипят мозги акселератов в поисках нужной фамилии. Наконец, самый авторитетный, самоуверенный, безаппеляционно добавляет
...Теодоракиус.
Не менее невежественные друзья-оболтусы уважительно смотрят на эрудита.
Но что это? Учитель перегибается пополам, падает головой на стол и хохочет, катаясь очкастой головой по фанерной поверхности.
- Как, как говоришь? Повтори. Теодоракиус?! Молодец! Гениально! Нарочно не придумаешь!
«Элита» обижается, но пока не имеет что возразить, да и боится показать свое незнание — ведь схватка не на своей территории.
Зато громко, заливисто, обидно весело хохочут хорошисты, середняки, крепкие, надежные ребята и девчата. Они, как говорится, без затей и очень довольны, что классной «богеме» утерли нос.
Дневник Евгения Жаплова, 5 февраля 1979 года
Душа обрастает нутряным салом. Лениво охает и ворочается, если ее беспокоят, разморенно храпит, если никто не тревожит. А в программе «Время» гибкая, длинная стрелка, подрагивая отбивает секунды. И они падают вниз, в прошлое. Но нет сил, которые могли бы перевернуть песочницу жизни и заставить течь время вспять. Такой силы нет. А мы забываем о необратности времени. Сидим, глазеем, болтаем. А гибкая, упругая стрелка бежит и бежит по кругу.
Если она выйдет из строя, ее заменят. Заменит кто-нибудь и нас под солнцем. Но почему наш след так быстро заметет метель времени? Да потому что глубоко не пашем.
Читаю. И очень часто встречаю слабые литературные поделки. И мысль гризется изнутри: ведь пишут люди... А ты что, не можешь? И отвечаю сам: я не хочу. Но снова голос: горденький нашелся. Ни денег не скопил, и руку не набил. Ты просто лодырь. Хоть и далеко не глуп. Но глупый и несмелый лодыришка. И непростительно судить другого — не создавая самому ни слова.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Вечное утро. Размышления. 2006 год
Мой дом - моя крепость. Куба - 1989 год