Будучи еще маленьким пиздюком, я спросил у родителей, откуда берутся дети. Пьяный батя начал орать что для этого надо вы*бать какую нибудь самку, за что получил по харе от матери и был отправлен спать. "Не слушай его, сынок. Дети появляются по разному, некоторых приносит аист, а вот тебя например нашли в капусте." После этих слов я отправился на бабкин огород и усыновил огромную гусеницу, которую нашел на капусте. Я назвал его Георгий, мне почему то показалось что это мальчик, а я всегда хотел сына. С первых дней его появления в моей жизни я влюбился в этого зеленого засранца, несмотря на то что он обгадил мне всю комнату. Пришлось мазать его и говорить родителям что маленькие круглые каки принадлежат мне. Регулярно я выгуливал его в парке, люди смотрели на меня как на еб*нутого, увидев в моей коляске огромную и журную гусеницу на кочане капусты. А мне было пох*й, я был счастлив. Малыш рос не по дням а по часам. Он сжирал по три кочана капусты в день, благо на бабкином огороде их б
Будучи еще маленьким пиздюком, я спросил у родителей, откуда берутся дети. Пьяный батя начал орать что для этого надо вы*бать какую нибудь самку, за что получил по харе от матери и был отправлен спать. "Не слушай его, сынок. Дети появляются по разному, некоторых приносит аист, а вот тебя например нашли в капусте."
После этих слов я отправился на бабкин огород и усыновил огромную гусеницу, которую нашел на капусте. Я назвал его Георгий, мне почему то показалось что это мальчик, а я всегда хотел сына. С первых дней его появления в моей жизни я влюбился в этого зеленого засранца, несмотря на то что он обгадил мне всю комнату. Пришлось мазать его и говорить родителям что маленькие круглые каки принадлежат мне. Регулярно я выгуливал его в парке, люди смотрели на меня как на еб*нутого, увидев в моей коляске огромную и журную гусеницу на кочане капусты. А мне было пох*й, я был счастлив.
Малыш рос не по дням а по часам. Он сжирал по три кочана капусты в день, благо на бабкином огороде их было дох*я, хотя я уже неоднократно получал тяпкой по еб*льнику за мародерство на бабкином участке. И вот через пару месяцев он превратился в огромного гусеницА, толстого и прыткого, о каком я не мог и мечтать. Я гордился своим сыном. Он жрал за троих и срал за семерых. Весь в меня. Красавчик Гоша.
В ту ночь я спал очень неспокойно. Снились бомжи и говно. Переворачиваясь на правый бок я почувствовал оглушительный хлопок, от которого как ху*м сдуло одеяло. Упав на пол я перекатился по армейски и включил свет. О боже...
Георгий лежал на кровати в луже собственных зеленых потрошков, а вся стена напротив была забрызгана зеленой кишкотиной. Мой нечеловеческий крик огласил всю округу. Родителей дома не было, помощи ждать неоткуда. Набрав номер скорой я трясущимся голосом проговорил, что мой сын умирает, мол вызывайте врачей и спецназ.
Врачи приехали на удивление быстро и зайдя в квартиру обнаружили меня трясущегося, сидящего в луже зеленых потрошков и со шкурой гусеницы на руках. Я орал, чтобы они спасли его, а они лишь молча оху*вали. Потом мне в жопу вонзился шприц с димедролом, а через какое то время я отъехал в мир снов.
Моим родителям выписали штраф за ложный вызов, а меня хотели поставить на учет в психушку но выяснилось, что я там уже состою. Георгия похоронил по царски, в бабкином огороде. Покойся с миром сынок....всё таки рано мне еще заводить детей. Очень рано.