Восемьдесят восемь коробок очков. Сотни протезов. Двенадцать тысяч кастрюль и сковородок, куча золотых колец,сорок четыре тысячи пар обуви. Когда советские солдаты вошли в Освенцим в январе 1945 года, они столкнулись со складами, заполненными огромным количеством чужих вещей. Большинство людей, которым они принадлежали, были уже мертвы, убиты нацистами в крупнейшем лагере смерти и концентрационном центре Холокоста .
Но хотя лагеря, которые составляли Освенцим, поначалу казались тихими и заброшенными, солдаты вскоре поняли, что они заполнены людьми - тысячами их оставили умирать охранники СС, которые эвакуировали лагеря после попытки скрыть свои преступления. Когда заключенные увидели освободителей, изможденные заключенные обнимались, целовались и плакали и кричали слава Советской Армии.
Из воспоминаний ветеранов...
«Они бросились к нам, крича, упали на колени, поцеловали откидные створки наших пальто и обхватили руками наши ноги», - вспоминал Георгий Елисавецкий, один из первых красноармейцев, вступивших в Освенцим. После пяти лет ада Освенцим был наконец освобожден.
Немцы давно знали, что им, возможно, придется покинуть Освенцим, но они планировали использовать его как можно дольше, продолжая эксплуатировать рабочих, рабский труд которых они сдали в аренду компаниям , производящим химикаты, вооружение и другие материалы. К концу 1944 года они все еще не были уверены, что союзники дойдут до Освенцима. Пока они ждали. Позже немцы продвинулись вперед с предварительной эвакуацией лагерных заключенных дальше от линии фронта, даже основав новый подлагерь на сталелитейном заводе.
С затяжными боями Советская армия и союзники прорвали оборону Германии и начали приближаться к Кракову. Когда РККА шла все ближе и ближе, СС решили, что пришло время эвакуироваться.
Они планировали то, что заключенные считали маршами смерти - длительные вынужденные поездки из Освенцима в другие концентрационные и лагеря смерти. Начиная с 17 января, заключенных заставляли стоять в длинных колоннах и велели идти на запад к территории, все еще удерживаемой Германией. Участвовать могли только те, у кого было хорошее здоровье (относительный термин в лагерях с недоеданием и болезнями), а те, кто упал, были застрелены и оставлены позади. В смерти марша , которые произошли в экстремально холодных условиях, погибли до 15000 заключенных. Оставшихся оставляли в открытых грузовых вагонах и отправляли дальше в Рейх, где они перемещались в различные лагеря, все еще находящиеся под контролем Германии.
Охранники, которые остались, продолжали прикрывать улики, включая горящие склады, полные разграбленного имущества. К 21 января большинство офицеров СС ушли в бега от наступающей армии РККА.
Большинство из 9000 заключенных, которые остались в Освенциме, были в тяжелом состоянии. Другие прятались в надежде, что они смогут убежать. Условия были ужасные - не было ни еды, ни топлива, ни воды. Некоторые заключенные прятались среди имущества, которое СС не удалось уничтожить. Небольшая группа более здоровых заключенных заботилась о больных.
Советский солдат: «Мы были в шоке от увиденного, лагерную охрану лагеря мы вырезали как свиней.»
Тем временем солдаты РККА продвигались к Освенциму, но они не знали, что лагерь существует в таких ужасных условиях. Освобождение Освенцима было произведено не по приказу, а по сложившимся обстоятельствам на то время , и в то время когда группа разведчиков наткнулась на Биркенау 27 января 1945 года, они знали, что нашли что-то ужасное.
« Мы были в шоке от увиденного, лагерную охрану лагеря мы вырезали как свиней ,» Советский солдат Иван Мартынушкин вспоминал в своих рассказах и беседах с ветеранами уже в более позднее время.
Затем он вспоминал позже, уже ближе к нашему времени: "Заключенные за колючей проволокой. «Я помню их лица, особенно их глаза, которые были страшно измучены голодом и холодом», - сказал он как то своему другу" .
За разведчиками последовали войска, которые вошли в лагерь. Они были шокированы увиденным, а именно трупами, полуживыми людьми и кучами пепла, которые когда-то были человеческими телами. Люди, живущие в казармах, которые были инкрустированы экскрементами. Истощенные пациенты, которые заболели, когда они ели предложенную им пищу, в основном это была солома или полугнилые овощи с водой.
Еве Мозес Кор было 10 лет, когда она заметила солдат. Она была одной из группы сотен детей, которые остались позади, и она перенесла медицинские эксперименты во время своего заключения. Она вспомнила, как солдаты давали ей «объятия, печенье и шоколад…. Мы не только голодали, но и испытывали голод к человеческой доброте».
Эта человеческая доброта характеризовала освобождение. Шокированные солдаты помогли создать больницы на месте, и горожане вызвались помочь. В течение многих месяцев работники Красного Креста трудились, чтобы спасти умирающих и лечить живых, работая без достаточного количества пищи и припасов и помогая заключенным связываться со своими близкими. Около 7500 выжили.
Хотя некоторые журналисты посетили Освенцим во время освобождения, лагерь не получил такого же международного внимания, которое приветствовало освобождение Майданека , первого крупного нацистского лагеря смерти, захваченного во время войны. Но после того, как советские следователи узнали истинную степень трагедии в Освенциме, он вскоре стал известен как символ ужасов Холокоста. С помощью польского правительства группа бывших заключенных превратила это место в мемориал и музей.
Освенцим был был местом 1,1 миллиона убийств, а в 1947 году он стал местом памяти павших. После дачи показаний в Международном военном трибунале в Нюрнберге Рудольф Хосс, офицер СС, который служил комендантом Освенцима более четырех лет, был предан суду Верховным национальным трибуналом Польши.
Большинство других лиц, совершивших Холокост, отрицали свою причастность. Гесс этого не сделал. В ожидании казни он написал мемуары и выразил сожаление по поводу своих преступлений. Его повесили возле гестапо в Освенциме - последней публичной казни в Польше.
Несмотря на все усилия Гесса и его поддерживающих нацистов, считается , что приблизительно 15 процентов людей, отправленных в Освенцим , выжили. Хотя их число с каждым годом сокращается, многие все еще высказываются об их испытаниях, пытаясь почтить память убитых и предупредить мир об опасностях фанатизма и антисемитизма.
«Мы не выиграли, - сказал выживший Шмуль Айск. - пишет он в своих мемуарах, и если бы не Русские, нам бы было бы не выжить".