Очевидные последствия для экономики ясны многим. Разбираем не очевидные, но значимые.
Во-первых, развитие бесконтактных взаимодействий. Цифровизация.
Дезинфекция продукции намного эффективнее остановки движения товаров. Уже сейчас в России создана система санитарного рейтинга предприятий с\х продукции. [ Сергей Данкверт: для всех продуктов необходима отслеживаемость от производства до прилавка ]
Подобный рейтинг может появиться и у другого вида предприятий. Вместе с цифровизаций вирус даёт отличный шанс развитию автономных роботов доставки.
Во-вторых, развитие защитных биотехнологий и модификация человека для усиления его выживаемости. Wellness третьего уровня.
Вирус станет толчком для развития идей евгеники в духе "усиления человеческой породы". Евгеника станет популярна в среде развитых экономик так же, как сейчас развивается биохакинг. Если биохакинг требует ежедневных усилий, то евгеника позволяет делать краткосрочные усилия пару раз в три года (а то и реже).
Набирает обороты здоровый национализм. Протекционизм в экономике усиливается. По замыслу Римского клуба [ М.Месарович и Э. Пестель. «Человечество на перепутье» 1974 г. ] экономики образуют до 10 зон развития. Сейчас идет борьба за границы и за сферы влияния в них. В качестве идеологической опоры экономические центры будут использовать идеи "крови и почвы".
Есть основания полагать Южную Америку полигоном евгенических экспериментов. Она же станет Россией южного полушария - весами между Юго-Востоком и Африкой.
В ближайшие 15 лет нас ждет возрождение идей "крови и почвы", возрождение "Черного солнца" иезуитов вместе с "четвертым рейхом" (черным интернационалом). К счастью, на короткое время.
В-третьих, конец Либерализма требует создания Нового человека. Усилится роль религий для обеспечения конкурентных этических систем и монополии на нейминг. Новый человек будет не потреблять смыслы из СМИ, а самостоятельно их создавать по инструкциям религиозных систем. Нас ждет трансформация формата "новостей" более значительная чем, в ХХ веке.