Лет в 10–12 я очень хотела пойти по стопам родителей – стать строителем. Мама была маляром-штукатуром, папа – прорабом, все их друзья тоже трудились на стройке. Ремонт квартиры, строительство и отделка дачи и гаража – всё это происходило на моих глазах, делалось руками родителей и поражало детское воображение. Из ничего возникала красота: кирпичные стены становились сначала ровными от слоя штукатурки, потом шпаклевались, оклеивались обоями или красились. Оконные рамы блестели глянцем белоснежной эмали, полы покрывались новеньким линолеумом, потолки отдавали легкой голубизной. Одним словом, не работа, а мечта.
Правда, мечтой она так и осталась. Мама сказала: "На стройку? Через мой труп! Только в институт!". Правда, навыки, приобретенные за время посильной помощи родителям, пригодились при ремонте собственной квартиры.
В последних классах школы один день в неделю мы посещали УПК – учебно-производственный комбинат. Предлагалось несколько специальностей на выбор, но все девочки хотели попасть на стажировку в универсам, поближе к продуктам. Пришлось тянуть жребий, и мне выпало осваивать профессию токаря в учебном цехе тракторного завода. Первое разочарование быстро сменилось практически восторгом: ты сам, своими руками, можешь делать из металлической заготовки что-то нужное, полезное, от простейших шпилек поначалу до более сложных деталей к концу обучения.
Ни строителем, ни токарем я не стала – закончила университет по специальности "Филология", поработала немного учителем, а после второго декретного отпуска ушла из школы в компанию, где мои знания и навыки оплачиваются намного лучше. Но вот это ощущение, что в результате твоей деятельности что-то должно меняться к лучшему, должен быть видимый результат труда, оно осталось на всю жизнь.
Мне кажется, сегодня всё чаще единственным смыслом работы становятся сами деньги. Дети мечтают вести каналы на Ютубе и в Инстаграме, записывать вайны и вести стримы, и не ради популярности, а ради высокой оплаты. Профессии, популярные у молодых, для старшего поколения являются полной тайной. Наша бабушка никогда не поймет, за что получают зарплату SMM-щики, сеошники и копирайтеры. Для нее загадка, чему могут учить аудиторию на своих дорогостоящих курсах тридцатилетние коучи. Увидеть результат труда многих специалистов практически невозможно. И не их вина, что не нужны сегодня стране люди, которые производят что-то реальное – автомобили, телевизоры, тракторы и комбайны. Есть же Китай, он все сделает за нас.