От Кортасара я ждала, как положено, латиноамериканского магического реализма и экспериментальных текстов, но сразу, с первых же страниц, упала в любовь. И в джаз. В любовь, джаз и смерть. Это не в полной мере магический реализм, каким мы его представляем сейчас, - это скорее лёгкий флёр безумия, когда во всём этом дурдоме непонятно, санитар ты или пациент. Это больная любовь, описанная так прекрасно и точно, что вдруг понимаешь: всякая любовь есть болезнь. Это две стороны океана и мира, и надо, подбирая порядок глав, выбрать - на какой стороне сон, на какой явь, где ты дома, а где в гостях. Звучит как наркотический дурман, но герои пьяны искусством, это всего лишь фиолетовый туман постмодернизма - попытки найти смысл жизни по метафоре её, как попытки найти дорогу по карте, буквально идя по ней, по рисунку, ногами. Кортасар заставляет нас вручную, осязаемо (на виниле и бумаге) перебирать огромное количество имён и отсылок, ощупью искать разгадку конундрума сознания и искусства, порядка