Мы снова плыли между брёвен, удерживая их руками, чтобы наши рюкзаки не утонули. Нас вынесло на место помельче. Как только мы стали задевать ногами дно, потащили свои брёвна к берегу...
Я довольно рано поняла, что город не моя среда обитания.
Урок обществоведения в 10-м классе. Преподаватель вольно пересказывает Маркса. И сообщает: “Человек не может быть независимым от социума. Он живёт в нём, является его частью и постоянно испытывает на себе его воздействие.” В этот момент меня накрыло. Волна протеста прокатилась у меня по загривку. Меня разносило внутри: “Да, НИ-ФИ-ГА!” Мизантропом я не была. Но вопрос внутренней независимости от внешнего, можно сказать, встал ребром!) Ну, у каждого свой юношеский максимализм. Кто-то хотел быть независимым от предков. Я от социума в целом. А что мелочиться-то!
Двигаясь по традиционной схеме школа — институт, потихоньку копалась в себе. Где и кем быть или не быть? Чётких формулировок мой внутренний анализ не дал. Но было два важных вывода: мне нравилось ремесленничество и не нравилось жить в городе. Институт был брошен.
Дальше я начала искать подходящий вариант. Пыталась устроиться инспектором в Алтайский заповедник. Вот тогдашний его директор повеселился! Не скрывая улыбки, он предъявил ультиматум, что я получу эту работу, только если стану женой инспектора заповедника. Мне было 19-ть. Какой замуж? Я ищу где оно, моё место под солнцем, не щадя живота своего. А меня на накатанные рельсы. Да вы что!
Присматривала место на метеостанциях, туристических базах. Но всё не то. Изолированная жизнь маленького сообщества - это почти как на космическом корабле. Люди, их характеры должны сложиться как пазл. Для меня он не складывался.
Наступило отчаяние. Желаемое не хотело реализовываться в действительность.
Я в итоге сама устала от своих исканий, метаний, которые растянулись на три года.
ВСЁ!!! Буду жить как все! Где родился, там и пригодился! Вернулась домой, устроилась на работу. Ближайший отпуск решили провести вместе с братом Сашей в горах, на Алтае. Разложили карту. Я ткнула в неё пальцем со словами: “Поедем сюда, здесь никого нет!”
Продолжение следует...