Итак, Мария Медичи десять лет живет при французском дворе. Она королева, но не коронованная королева. Была свадьба, но не было коронации. Отношения между супругами более чем сложные.
Круг ее интересов не очень близок Генриху Четвертому. Она любит домашний зоопарк, игру в карты, любит стрелять по воронам, из драматургии и литературы любит простонародные комедии. И, как все Медичи, очень любит бриллианты.
Все эти десять лет она регулярно рожает детей. В 1601-м – Людовик, будущий король Франции,; в 1602-м – Изабелла, будущая королева Испании и Португалии; в 1606-м – Кристина, будущая номинальная королева Кипра и Иерусалимского королевства. 1607-й – Николя, единственный, кто умер в детстве. 1608-й – Гастон, герцог Орлеанский, яркий будущий политик, великий придворный интриган. И, наконец, в 1609-м Генриетта Мария, которую выдают замуж в Англию, жена Карла Первого Стюарта, мать двух английских королей, Карла Второго и Якова Второго.
То есть, с одной стороны, более чем строгая семейная жизнь с реальным результатом – дети. Но Мария постоянно нервирует Генриха, она ревнует ко всем любовницам и внебрачным детям. А их много, он даже сбился со счета…
Все больше в ответ на его поведение она окружает себя теми, кого называют при дворе «итальянской кликой» и, наконец, откровенными фаворитами и фаворитками, во главе с мужем обожаемой Леоноры (подругой детства), неким Кончини – человека из низкого дворянского сословия.
Этот Кончини - это наглый фаворит. Весь двор против него, и это понятно. Но он ведет себя поразительно. И уже возникает идея: а не отправить ли Марию во Флоренцию? И периодически король принимает такие рассуждения.
Однако, в 1610-м происходит поворотное событие: Генрих не здоров, ему 57 лет, он чувствует себя глубоким стариком. И явно похоже на то, что он уже нежилец. Он постоянно с кем то воюет. И эти бесконечные пророчества, что его смерть за ним гоняется по пятам.
И он вдруг, отказывая многие годы Мари в коронации, решается короновать ее, на случай регентства, потому что Людовику Тринадцатому всего девять лет.
13 мая 1610 года состоялась коронация. Генрих как бы случайно во время коронации несколько раз называет королеву Марию «мадам регентша», как будто что – то предчувствует. На следующий день, 14 мая 1610 года, он убит, его убийца – Равальяк, католический фанатик. Заколол его кинжалом в карете, через окно.
Уходя в этот день из дворца, он три раза возвращался, прощался с Марией. А отправился он навестить заболевшего министра Сюлли. Зачем? Почему? Все это попахивает какой-то мистикой.
Мария Медичи с 1610―го по 1630-й –20 лет у власти! У нее это получается с переменным успехом. Семь лет законно – регентша до совершеннолетия сына.
Она так вошла во вкус! И не хочет уходить. И вот ему уже 16 лет, а она продолжает цепляться, бешено цепляться за власть. Оказывается, что ее сущностью оказалась безумная страсть к власти.
Это больше всего это проявилось в поразительном решении заказать великому, признанному при жизни художнику Питеру Паулю Рубенсу 20 полотен, в которых будет ее биография. Рубенс не смог ей в этом отказать.
Власть сводит людей с ума. Кого больше, кого меньше. А у нее ума было не очень много, и она свела ее совсем. Наверное, вспомнилось одинокое детство, горести, мучительные сомнения, найдет ли она жениха-короля?
И она за все отыгрывается. Балы, она их обожает, драгоценности, всеобщее поклонение ей – вот чем она наслаждается.
Но все же, она кое-что еще сделала для Парижа, и это ценилось и ценится. Париж обязан ей Люксембургским дворцом прекрасным. Люксембургским садом, до сих пор прекрасным.
Она настолько счастлива регентством, совершенно ясно, что неприлично не отдавать власть сыну – не отдает, никаким образом. Но при дворе назревает недовольство, особенно в связи с ее фаворитом. Ей нужен кто-то мудрый, умный, или ловкий.
Сначала у нее ловкий и наглый – это Кончини. Муж обожаемой Леоноры дошел до, конечного предела в поведении фаворитов. Он позволял себе сидеть при юном короле Людовике. Вокруг него зреет безумное недовольство.
А один из любимцев Людовика – Альбер де Люинь, берется организовать арест Кончини. Ведь Кончини стал маршалом Франции.
Вот этого французский двор пережить не смог.
И Люиню удалось уговорить Людовика Тринадцатого побыть как бы в сторонке - «меня не было дома». Альбер де Люини осуществляет арест Кончини. Только они не рассчитывали его арестовать и куда-то привезти, а убить при попытке к бегству.
В силу своего недалекого ума, Кончини не мог поверить, что кто-то… посмеет его арестовать.
«Вы арестованы, следуйте за нами». И он закричал: A moi! Ко мне! –призывая своих людей. Это сочли сопротивлением власти. «A moi», все, за это «A moi» его без пощады пристрелили на месте, что, видимо, и планировалось. А против его жены, обожаемой Леоноры, затеян судебный процесс…
Долго думали, в чем ее обвинить. Наконец, нашли, туманная формулировка: за то, что она провинилась перед Богом. Это потрясающий приговор.
Это падение Марии Медичи - «падение номер один». Она дважды будет падать с той власти, в которую так вцепилась. Что остается делать? Она решительно отстранена от власти, король не желает с ней видеться, она ждет ареста. И в 1619-м бежит в Ангулем…
Мама бежала. Сын, конечно, счастлив, но почему-то – все-таки через короткое время прибыл к ней в Ангулем, примирился.
Мария Медичи ищет другую опору – теперь умного. И этот бесспорно умный – кардинал Ришелье.
Он ей обязан своей кардинальской шапкой. Еще он ей обязан тем, что она его втащила в Королевский совет. Ее кое-кто предупреждали из окружения: поосторожнее с этим… Ришелье.
Ришелье ― больно умный, больно энергичный! Ну, конечно, падением «номер два» она обязана именно ему.
Он занял твердое место в Королевском совете в 1624 году. Будучи трезвым, умным, циничным, убежденным сторонником возвеличения Франции, прекрасно понимал, что в тот момент главный их соперник – не извечный враг на островах, Англия, как было в Средние века, как было в Столетнюю войну. Нет, это габсбургская Испания, это Испания, которая стала мировой державой.
И поэтому позиция Марии, преданной происпанской политике или итальянским своим придворным, она неприемлема. И он становится главным врагом не только Испании, но и Марии Медичи.
В 1630-м году День разочарованных, День все потерявших – так его называют…
В знаменательный такой день, когда король Людовик Тринадцатый, конечно, с подачи Армана дю Плесси Ришелье, кардинала Ришелье, решительно, наконец, топнул ногой, что править будет не мама, а он.
Ну, мальчик-то уже большой… ему уже почти тридцать лет.
Она снова понимает, что надо бежать, а то кончит где-нибудь в тюрьме. Мария Медичи бежит из Парижа, который благоустроила, который украсила. Там остались и полотна Рубенса, и ее бриллианты…
Бежит по Европе, и она никому не нужна.
Ее дети тоже королевской крови…, но в королевской среде никакой клановой солидарности никогда не было. Генриетта была ее последней надеждой в Англии. Но и она ей отказала, не приняла у себя. Никто не хочет портить отношения с Францией.
Остановилась она в Кельне после большого пробега по Европе. Умерла в нищете, оставила немало долгов, потому что все ее драгоценные приобретения были во Франции.
Она составила подробное завещание, и, в частности, в завещании приказала вернуть – кардиналу Ришелье, теперь первому министру Франции, вернуть попугая, которого он когда-то, угождая ей подарил.
Ришелье пережил ее всего на 6 месяцев, Людовик Тринадцатый – примерно на один год.
Если вам понравилась статья, ставьте лайки, комментируйте, подписывайтесь на канал.