На второй день после приезда я проснулась утром вместе с Аленой и Аней, позавтракала с ними, посмотрела, как они поделили ванную комнату по очереди с арендодателем Касей и ее братом, приехавшим на лето к ней. Запомнила, кто во сколько ходит в ванную (все по минутам).
Немного странно и business-like, подумала я, зато нет ни ссор, ни обид, ни ругани из-за ванной. В доме жили еще 4 девушки, но они были в другом крыле с большой комнатой и своей ванной, и мы с ними мало пересекались. Их разборки были только их разборками.
Затем я отправилась искать ближайший магазинчик, где можно было купить карточку и позвонить с автомата в Россию. Идти пришлось долго, ибо, как я уже успела понять из окна автобуса, объезжая Штаты, здесь не принято ходить пешком, улицы вытянутые, дома все далеко друг от друга.
Первое впечатление от нашего городка было: какой он маленький и конфетный! И это ведь индейская резервация, место, где уже давно вынуждены жить индейцы или коренные американцы, толерантность, будь она не ладна.
Дома были все вдоль дороги, и городок не углублялся дальше. В принципе, он и не мог углубляться, потому что с одной стороны путь к расширению преграждали горы, а с другой стороны – ледяная неглубокая речка, а за ней опять горы. Кстати, с этих гор иногда к домам (в том числе нашему) спускались медвежата и ели отходы из мусорных баков (в основном ресторанов). А еще над нами смеются, что у нас медведи по улицам ходят!
Помимо прочего, город выглядел конфетным, потому что вывески магазинов и кафе были такими сладкими и приторными, как, мне казалось, было модно в 80х, ну и или максимум 90х, если судить по фильмам, особенно «Трудному ребенку», со статуями поваров и тд. После Москвы такой формат казался безнадежно устаревшим.
Алена меня предупредила заранее, что индейцы народ не простой, и на драной козе к ним не подъедешь. Не доверять им и не общаться. Я не поняла почему, но запомнила.
Вот и дотопала, наконец, до магазина, нашла карточку и подошла к кассе. За кассой была широкая женщина непонятной наружности. На тот момент я не понимала, как должны выглядеть коренные американцы. В фильмах, как правило, играли одни племена, а здесь было другое.
Я не подозревала, что они могут сильно отличаться между собой. По крайней мере, наши индейцы были больше похожи на метисов или даже самбо. В тот день я подумала, что передо мной не индианка (а это была она), а афроамериканка. Поэтому я обрадовалась, решила, что она будет дружелюбной, а не злюкой, как индианки. Я широко улыбнулась ей, как положено американцам, а в ответ… кассир посмотрела на меня, как Ленин на буржуазию))))
Тогда я заподозрила что-то не ладное. Наверное, я ошиблась насчет корней той женщины. Без каких-либо слов обслужив меня, она дала понять мне, что заведомо ненавидит меня и считает чем-то вроде белой грязи.
Как думаете, почему индианка сразу возненавидела меня?