Дело, конечно, хорошее, но что будем делать со свинями? Такой вот у меня вопрос имени А. П. Чехова. Как говорил кто-то из его персонажей, что не есть мяса, это я понять ещё могу, но что прикажете делать со свинями? Они же нам все огороды перепоганят, если их на свободу выпустить.
Николай Фоменко в одном из эфиров Национальной Службы Новостей комментировал тут всякие разные новости, и первой новостью для своих комментариев он выбрал выступление Первого замглавы социального комитета Совета Федераций и председателя «Союза пенсионеров России» Валерия Рязанского, в котором тот попытался пристыдить артистов, жалующихся на свои пенсии. «Да их вообще надо лишить пенсий, – ответил Фоменко Рязанскому, – Артисты ничем не лучше аферистов, а для тех, кто жалуется, я бы не исключал уголовной отвественности».
Николай Фоменко известный гаер и всё это было, естественно, глумом и ёрничанием, но что тут поднялось в ответ? Вчера я наткнулся на пост в Дзене, где один артист долго и нудно пытался всем объяснить, что вот, мол, мы же вас развлекаем, мы вам душу открываем, а вы нам туда что? Как вы без нас жить-то потом будете и как вы вообще так с нами можете? Милый, и не так ещё смогут, так смогут, что мало тебе не покажется! Готовь шутки-развлекали, чтоб тебе персональные куски со стола кидали. Вторая новость, которую прокомментировал Фоменко была про неоплаченные переработки. «Работать надо по двадцать четыре часа в сутки, – прокомментировал он эту жалобу россиян в радиоэфире, – С утра до вечера! Настоящий патриотизм это бесплатная и бескорыстная работа на страну». Помнится мне, Михаил Леонтьев лет эдак десять назад предлагал нам уже такую новую идеологию России: «Все на стройку!».
И я не против. Работать с утра до вечера, да ещё когда работа нравится, это дело хорошее. Я только за. Но тут вот днями Роскачество проверило нашу тушенку, к примеру, и оказалась, что у нас нет ни одной нормальной банки тушенки. Вообще ни одной. Всё, что у нас есть, всё не соответствует ГОСТу. Так и что нам тогда делать двадцать четыре часа в сутки? Гнать левую тушенку? А со свинями мы чего будем делать ? Пустим в огороды?
Нам ведь скоро уже не только молоко на граммы, нам макароны начнут поштучно продавать, а ещё лучше гречку. 115 349 зерен на упаковку. Сиди пересчитывай, чтоб не обманули. Борись за справедливость. Только не забудь телевизор выключить, чтоб тебя эти развлекающие тебя клоуны не отвлекали. И шторы поплотнее задерни, не ровен час оттуда операторы мобильной связи наперебой полезут: накинь нам ещё рублик, барин.
У Коклена (французский актер и теоретик театра 1841-1909) есть замечательные мемуары, где он приводит такой случай про одного фигляра, который носился по базарной площади и, ловко подражая визгу и хрюканью поросенка, сшибал с праздного народа копеечку. И всё так весело у этого фигляра получалось, так легко, что мясник, завидев сколько денег люди швыряют ему под ноги, ломанулся домой, схватил там в охапку настоящую свинью в хлеве, вернулся на рынок и начал бегать по нему, накручивая своей свинье хвост, чтоб его свинья визжала громче и позазывнее. Свинья блажила как резаная, но денег мясник не заработал ни копейки. Людям всё это надоело, мяснику выписали дюлей и выгнали, а фигляра люди оставили. Накормили его, напоили, да ещё и денег дали.
Третья новость, которую Фоменко выбрал для своих комментариев была в том, что самыми желанными городами для переезда у россиян стали Барселона, Амстердам и Стамбул. «И правильно, – ответил Николай Фоменко, – Мы должны везде там поселиться для того, чтобы всё-таки вся эта Гейропа, чтобы все эти засранцы знали, как жить по-настоящему. Все мы должны туда переселиться, чтобы там образовалась человеческая жизнь, как в России». Прям как эпиграф к «Бесам» Ф. М. Достоевского: «Тут на горе паслось большое стадо свиней, и они просили Его, чтобы позволил им войти в них. Он позволил им. Бесы, вышедши из человека, вошли в свиней; и бросилось стадо с крутизны в озеро и потонуло».
Лично мне до пенсии ещё далеко, а работы уже нет и никуда не берут, а тут еще и пять лет сроку всем накинули, так что сам-то я не очень теперь понимаю, что я тут могу сказать по поводу пенсии. Может, я и не доживу, но тут ведь, как говорил другой гаер Угольников в одном из спектаклей «Летучей мыши», был у нас такой веселый и замечательный театр-кабаре Гриши Гурвича: «Новости хреновые, завтра – будут новые!». Живем.