Когда в 1931 году племянница Гитлера Гели Раубал покончила жизнь самоубийством, будущий диктатор заперся в доме на неделю. Германия кипела слухами. Было сказано, что девочка была беременна от своего дяди и что он приказал её убить. Как это было на самом деле, и действительно ли они были родственниками?
Анжела "Гели" Раубаль родилась в 1908 году в Линце. Она была вторым ребенком в семье. Она впервые встретила своего дядю в начале 1920-х годов и регулярно видела его с 1927 года, когда она стала студенткой-медиком в Университете Мюнхена.
Два года спустя она бросила учебу и решила стать певицей. Вскоре она переехала в свободную комнату в квартире Гитлера. Старший родственник становился все более и более важным человеком в жизни 21-летней студентки.
Неоднозначное знакомство с трагическим финалом
Их отношения не держались в секрете, и казалось - вопреки бесчисленным слухам - они были полностью платоническими, основанными на семейных узах. Гели называла Гитлера «дядя Альф» и стала неотъемлемой частью его близкого окружения. Она регулярно сопровождала его во время культурных и политических событий, в том числе на партийном съезде в Нюрнберге в 1927 году (...).
Связь между дядей и племянницей была подтверждена, когда Гели случайно проговорилась шоферу нацистского лидера. Будущий диктатор, узнав об этом, приказал незамедлительно его "удалить". Но слухи к тому моменту уже охватили большую часть Германии.
Беззаботная девушка становится все более подавленной и замкнутой. Она просит разрешения поехать в Вену, где хочет продолжить свои уроки пения, но получает жестокий отказ.
Не вытерпела
Гели Раубаль застрелилась днем 18 сентября 1931 года в мюнхенской квартире Гитлера. Вскрытие показало, что она целилась в сердце, но попала в легкое и, как следствие, задохнулась после потери сознания. Она не оставила прощального письма, поэтому остается неясным, почему она покончила с собой. Ей было 23 года.
Весть об этом несчастье нашла Гитлера в Нюрнберге и явно потрясла его. Он вернулся в Мюнхен в спешке (по дороге он получил штраф за превышение скорости), но на похоронах не присутствовал, которые состоялись пять дней спустя в Вене.
Сам Гитлер был безутешен, и заперся в комнате своей племянницы на неделю. Когда он восстановил свой психологический баланс, он приказал, чтобы две спальни Гелы оставались нетронутыми, а своему окружению приказал ни когда не произносить её имя. Через некоторое время Гитлер поручил выполнить её бюст. Он держал его в почетном месте в своем мюнхенском доме.
Возможно, мы никогда не узнаем истинную природу отношений будущего диктатора и его племянницы. Но такой привязанности он не испытывал даже к Еве Браун, своей будущей жене. Современники Фюрера, возможно, были правы, когда называли Гели единственной любовью Гитлера.