Когда приходится платить за то, чтобы пользоваться квартирой? Согласитесь, сложно представить себе какие-то иные ситуации, кроме как аренда жилья.
Но жизнь показывает, что есть и другие случаи, когда за проживание в квартире придется платить — и порой они совершенно неожиданные.
Вот недавний пример из практики Верховного суда РФ: женщине поневоле пришлось снимать свою же собственную квартиру (Верховный суд РФ, определение по делу № 4-КГ19-5 ).
Небольшая однокомнатная квартира в Подмосковье: в ней живут пожилой уже отец и его взрослая дочь, инвалид 3-ей группы по психическому заболеванию.
Отец был собственником квартиры, но он не оставил после себя завещание — и, когда его не стало, в наследство вступили наследники первой очереди, из которых у него были только дети.
Помимо упомянутой дочери, у мужчины был еще сын от другого брака — поэтому квартира перешла к ним обоим, в равных долях. Сын быстро продал свою долю третьим лицам, а дочь так и продолжала жить в квартире.
После ряда перепродаж доли, собственницей половины квартиры стала некая женщина. Она хотела стать обладательницей своего жилья в Московской области, но, увы, финансовые возможности позволяли ей купить лишь долю в маленькой квартире — что она в итоге и сделала.
Оформив сделку, покупательница, разумеется, захотела переехать на свои законные метры жилплощади. Однако преградой на ее пути стала та самая дочь, которая являлась изначальной жительницей квартиры и собственницей второй ее половины.
Тогда покупательница доли обратилась в суд с требованием вселить ее в квартиру и определить порядок пользования, а также оплаты коммунальных услуг.
Но в ходе заседания она узнала, какой диагноз у ответчицы — и вселяться в квартиру передумала. Она изменила иск и потребовала взыскать с ответчицы денежную компенсацию, поскольку та пользуется ее половиной квартиры.
Районный суд поначалу отказал в иске, но по жалобе истца вышестоящая инстанция пересмотрела дело.
Суд принял во внимание, что спорная квартира является однокомнатной. Поэтому невозможно определить порядок совместного проживания в одном жилом помещении двух собственниц, которые не являются членами одной семьи.
Тем более, что психическое расстройство женщины, которая жила в квартире изначально, создает опасность для окружающих и препятствует совместному с ней проживанию.
Но в то же время покупательница второй доли квартиры по-прежнему остается собственницей, хоть и не может вселиться в жилое помещение. Тогда как ответчица, владея лишь 1/2 долей, фактически проживает и пользуется всей квартирой.
Учитывая это, суд признал, что истец имеет право получать с ответчика плату за то, что та пользуется ее долей в квартире. В результате с ответчицы взыскали 11,5 тысяч рублей ежемесячно в пользу истца (ориентируясь на ставки арендной платы за аналогичные квартиры в том же районе).
Ответчица обратилась с жалобой в Верховный суд РФ, сославшись на то, что платить ей нечем: весь ее доход — это пенсия по инвалидности в размере 12 700 рублей. Переезжать ей тоже некуда: эта квартира, где она жила с отцом, была ее единственным жильем.
Ситуация безвыходная: ей придется отдавать почти всю свою пенсию, чтобы арендовать половину своей квартиры. Но Верховный суд помог ей лишь отчасти.
Он напомнил, что согласно статье 247 Гражданского кодекса РФ участник долевой собственности вправе получить в свое владение и пользование часть общего имущества, соразмерно своей доле.
А если это невозможно — то потребовать от остальных сособственников, которые пользуются имуществом, приходящимся на его долю, соответствующую компенсацию.
Поэтому Верховный суд признал законным взыскание с ответчицы платы за квартиру, но с единственным уточнением: компенсацию следует снизить с учетом того, что в аренду может быть сдана не вся однокомнатная квартира, а лишь 1/2.
Поэтому в итоге женщине все же пришлось платить арендную плату за квартиру, в которой она жила, только лишь в меньшем размере.