Говорят, что у мертвых тоже есть свои дороги. Пути эти пролегают в пустырях, которые находятся далеко за пределами человеческой жизни. Бесконечные потоки уходящих душ не протекают безропотно и молча – их гул доносится и до перекрестков мира живых. Звуки эти проникают в наш мир сквозь трещины и щели, оставленные пороками, насилием, жестокостью. Но как насчет тех, кто умер от болезней или от старости? Почему они тоже оказываются частицей в тех потоках? А разве болезни или старость – не насилие над природой, над жизнью?
Мрачные пути, безжизненные пустыри, вечно движущиеся потоки душ, затерявшихся на извилистых дорогах без обочин. Без обочин, но с указателями, которые иногда ведут в мир живых. Но ни в рай, ни в ад указателей на тех дорогах нет – только в наш мир, да и то – не все и не всегда видят и их.
Муки этих душ, умноженные на боль и горечь, отягощены вечным поиском пристанища и покоя. Для них уже нет ни возможности что-то исправить, ни шанса на перерождение. Их существование – мучительное небытие, их наказание – сохраненная память. И бесконечное движение по пустырям.
Странно, что ни в какой религиозной литературе нет никаких упоминаний о блуждающих душах. Впрочем, одно упоминание все-таки имеется – мол, блуждающие души отвергнуты даже дьяволом, и это в чистом виде зло, рыщущее в поисках жертв.
Но блуждающие души – не только души заблудшие, павшие, злобные и потерянные для бога. Это и демоны, и лярвы, и бесы, и собиратели, и духи, и искусители – целый мир, насквозь пропитанный страданиями, болью и поисками, коварством, соблазном и лестью, да и вообще – всем тем, что есть и в нашей жизни. Только там все это намного больнее.
В нашем мире, под влиянием церковников, блуждающие души принято считать тех, кто лишил себя жизни сам (ну, и души убийц – тоже). И якобы эти души потому и блуждают, что хотят мстить миру и ищут подходящих для этого жертв. Слишком все это просто и слишком «по-церковному»: чего не признаешь – то лучше отринуть.
Например, история гласит, что самоубийц в старину хоронили не только за пределами кладбища, но и вообще – на перекрестках (то есть, на их окраинах). Но чаще всего это делали в каком-нибудь месте между двух дорог, чтобы душа такого грешника не нашла обратной дороги и не вернулась в свой дом.
Вот поэтому, мол, заблудшие души и застревают на перепутье, потому что со всех сторон окружены дорогами и не знают, куда им идти. Сроки, установленные церковью, проходят, и для таких душ закрыты уже все врата – и в ад, и в рай, и в наш мир. Но к нашему миру они все-таки ближе. Потому что дело совсем не в месте захоронения.
Чьи же души становятся блуждающими? Да, это в первую очередь, души самоубийц, убийц и их жертв. Но еще и души тех, кто погиб от несчастного случая или умер в дороге (летел в самолете, застал сердечный приступ). Это души матерей, ожидавших и не дождавшихся своих детей. Это души тех, кто жизнью пожертвовал ради чьего-то блага или прихоти. Это души похороненных в «плохой» земле… И так далее.
Можно ли чем-то помочь этим душам? Вряд ли. Но если сами души идут на контакт или сотрудничество с живыми, тогда им можно помочь – они сами дадут знать, чего хотят: справедливости ли, возмездия ли, памяти о себе или просто хотят уберечь нас от несчастья. Так что бояться их не стоит, даже если их поведение и кажется нам угрожающим.