Популярность французских шансонье в нашей стране невозможно оспорить. Азнавур, Адамо, Далида, Дассен... десятки имен на слуху, сотни песен, многие из которых переведены на русский, музыка из незабываемых фильмов... Но так ли было всегда? В первой половине
ХХ века, когда во Франции формировался шансон как национальная музыкальная традиция, в СССР певцы из этой страны были практически неизвестны - знали разве что танго в исполнении прекрасного тенора Тино Росси - однако это была всего лишь дань моде: так пели любые европейские артисты.
Принято считать, что настоящий шансон впервые привез к нам Ив Монтан. С этим можно согласиться, поскольку первые пластинки певца в СССР вышли еще до его приезда с концертами в 1956 году. Его концерты были триумфом, стиль поведения певца на сцене резко отличался от того, как принято было у советских артистов. То, что на его раскованность цензура закрыла глаза, говорило о зарождающейся в те годы "оттепели"...
(Забегая вперед, замечу, что этого прекрасного артиста до наших зрителей допускали недолго. Как только его знаменитая раскованность стала проявляться не только на концертах, а именно:
- Ив Монтан спросил Хрущева: "Зачем вы ввели танки в Венгрию?"
- Ив Монтан устроил во Франции выставку советского женского белья
- Ив Монтан снялся в главной роли в фильме "Признание", осуждающем советскую политику в Чехословакии
... всё это положило конец его хорошим отношениям с Советским Союзом...
(На этой записи, сделанной в 1956 году перед ленинградскими рабочими, русский конферансье прокомментировал слова песни "Я тебя люблю" - "Вы, конечно, поняли, что это относится к женщине?" У нас страна мам и пап, куда денешься...:)
Во Франции Монтан делил популярность с певицей №1 - Эдит Пиаф, однако к нам её почему-то не позвали. Очевидно, секрет кроется вот в чем: весьма уважаемая в Союзе польская писательница Ванда Василевская, обладательница нескольких Сталинских премий по литературе, выдала очерки "В Париже и вне Парижа", где, в частности, описала свои впечатления от концерта Эдит Пиаф. Вот отрывок (заранее прошу прощения за слог, но, как говорится - из песни слов не выкинешь...):
" ... знакомые, с великим трудом достав билеты, ведут нас на выступление Эдит Пиав. (Так у автора. А.М.) Той самой Эдит Пиав, чьи огромные черные глаза и волосы, пышным ореолом разбросанные вокруг лица, виднеются на наклеенных по всему Парижу афишах. Исполнительница песен, чудо, феномен! Ах, ведь не можете же вы уехать из Парижа, не увидев и не услышав Эдит Пиав!..
И вот на сцене под приглушенные звуки музыки и под гром аплодисментов появляется Эдит Пиав.
И начинается нечто вроде кошмарного видения.
Эдит Пиав, как нам объясняют, долго была просто девицей без определенных занятий, пока ее талант не был открыт на улице каким-то меценатом, который и ввел ее на эстраду, и сейчас она является предметом поклонения.
Достаточно пройти десять шагов по Парижу, чтобы встретить восемь миловидных девушек и двух красавиц. И все они кажутся совсем молоденькими. Но Эдит Пиав можно дать лег пятьдесят, она уродливо, отталкивающе некрасива, коротконожка с отвратительной фигурой и крупным, тяжелым, потрепанным лицом.
Тогда, быть может, голос? Однако то, что мы слышим, трудно даже назвать голосом. С эстрады несутся хриплые, пропитые звуки. Тексты песен напоминают время, когда в белогвардейских кабачках как раз таким же пропитым, охрипшим голосом пели: «Эх, шарабан мой, американка, а я девчонка…»
Нашего терпения хватает на два номера. Во время третьего мы с трудом проталкиваемся к выходу сквозь густую толпу людей, не доставших мест для сидения и заполнивших проходы, стоящих вдоль стен, за последним рядом кресел, где попало, лишь бы только увидеть и услышать «знаменитую» Эдит Пиав.
Испытываешь непреодолимое желание подняться на эстраду и сказать:
— Простите, но я ничего не понимаю. Я из страны, где у певиц есть голоса и где человек с сорванными голосовыми связками никогда не посмел бы выступить перед публикой. Я из страны, где публика заполняет концертные залы, но предъявляет к артистам требования, и еще какие требования! Где публика замечает каждую фальшивую ноту, каждую небрежность музыкальной фразы. Притом среди этой публики немало людей, которые профессионально вовсе не занимаются искусством, а работают на заводах, в колхозах, являются так называемыми «простыми людьми». Что же происходит здесь, в этом странном зале, на одной из главных улиц Парижа, в зале, заполненном так называемой «культурной» публикой? Что означает эта женщина на сцене, эти выступления, которые можно назвать чем угодно, только не пением и не интерпретацией песен? ... "
Что ж, нам с вами теперь предельно ясно, с чьей легкой руки наши слушатели были лишены навсегда возможности побывать на концерте великой артистки (как известно, вскоре её не стало). Однако вопреки этому (опять же благодаря "оттепели?") в конце 50-х годов ее песни стали изредка появляться на советских пластинках; первой ласточкой стала песня Вальс дружбы (Le ballet des cœurs), записанная на пластинке из суперпопулярной тогда серии "Вокруг света".
(Продолжение следует)