Я, как обычно, в танке, и новость о том, что Онищенко предложил запретить татуировки, дошла до меня не сразу. Но какова новость-то, а? Мои знакомые феминистки негодуют, считая, что это очередная попытка наступления на женские права. Да и в самом деле: если это моё тело, значит, моё дело, что я там на нём буду (или не буду) изображать. Сначала девочкам тату запретят, потом – штаны носить и стричься, а там, глядишь – и «Рассказ служанки» не за горами. Но это лирика. Знаете, что меня больше всего возмутило в высказывании Геннадия Григорьевича? Нет, не сравнение женского тела с половичком. А одна простая фраза. «И что детям будут объяснять?». Вот знаете... У меня очень-очень много друзей и знакомых. Среди них есть люди с татуировками, без татуировок, с огромным количеством татуировок. И ни у кого из них не возникало проблемы с объяснениями. У папы/мамы на руке (или где там?) картинка. И что? Тату детишкам объясняется так же просто, как цвет волос, глаз, шрам или любая другая деталь вне