Гай, Гай, ты вернулся, блудный сын! После довольно среднего «Алладина» Ричи вышел из офиса Дисней и понял, что это не его. Он был связан по рукам и ногам верёвками детской сказки. Он был ограничен, словно Джин в лампе, должен творить в рамках истории для шестилетних детишек.
И вот, достояние Великобритании и киноискусства сбросил оковы Диснея и начал делать то, что у него получается лучше всего, — снимать кино. В данном контексте это слово означает действительно мощную картину, которая, выдержав проверку временем, станет классикой лет через 15.
Гай снова засел за комедийный триллер, и вышел он превосходным и несравненным. Да-да, будет ошибкой сравнивать «Джентельменов» с картиной «Карты, деньги, два ствола». Хотя бы потому, что в последнем показывается история бандитских отпрысков в серых реалиях тучного города, проще говоря - андеграунд.
А вот история Микки Пирсона и компании — это уже совершенно иное. Персонажи фильма знают законы улиц, в своё время побывав в болоте крови и пота, но они взошли на вершину элиты и засели там. Именно стиль и атмосфера отличают последний фильм британского режиссёра от его предыдущих работ. В каждом кадре видна эта утончённость, величие и джентльменское спокойствие. Из-за этого фильм выглядит довольно размеренным, но ни в коем случае не скучным.
Кинокритик Александр Соколов сказал: «Гаю Ричи удалось повторить успех фильма «Карты, деньги, два ствола». Хотя нет, его новая картина ещё лучше. Это как шестой iPhone в сравнении с пятым. Кино определённо авторское. И те, кому не нравится шестой iPhone, пусть довольствуются китайскими аналогами».
Галантные костюмы, утончённое убранство, а также манеры персонажей влюбляют в себя и повышают уровень эстетики до максимума. Благодаря этому зритель будто сам становится героем, пьёт виски с Рэймондом и вкушает тонкий вкус стейка вогью. Уровень стиля и атмосферы в картине настолько высок, что через пару дней после премьеры на сайте «otvet.mail.ru» люди стали задавать вопрос, где можно купить похожие костюмы, как у героев фильма.
По словам режиссёра, актёрский состав собрался чуть ли не случайно. Но это стечение обстоятельств стало самым мощным аспектом: каждый актёр смог прекрасно передать характер своего персонажа. Канал «Кинокритика» и киноблогер Александр Соколов высоко оценили игру Колина Фаррелла, пророча ему заветную статуэтку за лучшую мужскую роль второго плана.
Отдельного внимания заслуживает юмор и атмосфера комичности ситуаций. После пыток главного редактора ему принесли горячий чай и заботливо сказали: «Одежда аккуратно сложена на скамейке, Праймтайм отвезёт вас на работу. Удачного дня!».
Ричи не боится критики по предмету толерантности шуток. Режиссёра раздражает современная тенденция, заключающаяся в угождении радикальным противникам юмора о расе, поле и т.д. Гай высмеивает страх Голливуда перед подобными зрителями, поэтому в фильме нет нетолерантных шуток — есть шутки о нетолерантных шутках и лицемерии киноиндустрии. Наверное, именно из-за этого критики не любят Ричи.
Если прочитать краткий сюжет фильма, то может показаться, что он предельно прост. Но это же Гай, у него простого не бывает. Сюжетные повороты, комичность и многогранность каждой сцены, раскрывающаяся по ходу фильма совершенно неожиданно, просто поражают. Только хочешь сказать: «Ха, несостыковка, где логика?», — как фильм сразу затыкает сюжетную дыру и всё становится на свои места. Поэтому зритель может снова убедиться в той истине, что Ричи — мастер сложного сюжета, ломающего четвертую стену, в котором при этом не к чему придраться.
Пока зритель наслаждается атмосферой фильма, Ричи «накуривает» его, вовлекая в фильм и ломая единственный барьер, отличающий зрителя фильма от героя картины, — экран. Особенно это хорошо видно в сценах с Хью Грантом, где он говорит о том, что хочет снять фильм на олдскульной плёнке 1:2.35. В этот момент формат кадра сам меняется под слова Гранта: экран сужается и становится чёрно- белым.
Можно сказать, что «Джентльмены» — это фильм в фильме. История, которая создаётся Флэтчером и Рэймондом в доме у последнего, смешивается с реальными событиями в фильме. А последняя сцена и вовсе пример двойной реальности, не то что ломающая четвертую стену, а просто уничтожающая её. Такой стиль съёмки погружает зрителя в забвение. И только титры пробуждают тебя от этого волшебного сна. Но даже они сопровождаются запоминающимся и стилизованным под антураж фильма саундтреком, который написал Дэвид Ролингс. Поэтому атмосфера не исчезает до самого чёрного экрана.