Дорожка петляла и извивалась тонкой змейкой. Густые заросли лебеды цеплялись за ноги и мешали идти. Он всегда шёл впереди, бойко притоптывая траву и освобождая Дашке путь. Она плелась метрах в десяти позади, робко перешагивая проглядывающую крапиву.
Шли долго, минут сорок. Молчали. Иногда он оборачивался и громко спрашивал:
- Ты как? Все в порядке?
-Угу. - бубнила себе под нос Дашка и чуть прибавляла шаг.
Дом стоял на отшибе. Старый, сильно покосившийся, с выбитыми стёклами и входной дверью, болтающейся на одной ржавой петле. Это было их секретное место о котором не знала ни одна живая душа.
Они садились на землю и облокачивались на шершавую стену. Он вытаскивал из кармана куртки яблоко и одним движением с треском ломал его пополам. Яблоко было невероятно огромным и красным, почти вишневым. Дашка всегда удивлялась, откуда он их доставал. Каждый раз одно, но размером с небольшой арбуз.
Она с хрустом кусала его и по рукам тек мутный сок.
Они дружили с первого класса, с той секунды, когда его портфель громко приземлился на её парту. Они вечно ходили вдвоем и расставались, пожалуй, только на ночь. Над ними вечно подшучивали одноклассники, а они совсем не обращали на них внимание.
Тогда, ещё семилетками, они поклялись по жизни идти вместе. И шли. Почти до пятнадцати лет.
***
И когда? - стараясь не смотреть ему в глаза, спросила Дашка.
Через месяц.- тихо ответил он.
Ты же давно все знал! Ну знал же, ей-богу! Знал и ничего не сказал! - начинала заводиться Дашка.
Он молчал. А что он мог ей ответить? Конечно он все знал. Знал за полгода до этого. Знал, что родители собираются эмигрировать в Германию, что отцу предложили место в немецкой клинике, ведущим хирургом. Он же хирург от Бога. Как можно было отказаться? Только дурак бы отказался. А отец далеко не дурак, вот и согласился. Ну какое может быть будущее у такого специалиста в этой стране? Зарплата 120 рублей и раз в год отдых в санатории под Анапой длиной в 21 день. Ну смешно же, правда? А там перспективы, да ещё какие!
Дашка была просто в бешенстве. Она вскочила с травы и отчаянно начала колотить его по плечам, своими маленькими ладошками.
- А ты обо мне подумал? Как я? Что будет со мной?
- Ну как же, через пару-тройку лет я пришлю тебе приглашение.- неуверенно и замешкавшись произнёс он. - Или сам приеду.
- Ты... Да знаешь кто ты после этого? Ты просто предатель! Какой же ты друг? Ты же сам прекрасно знаешь, что никуда не приедешь. Тебя же больше не выпустят! Ты что, забыл про изоляцию? Железный занавес? Ничего такого не слышал? Нет?
Она с силой бросила остаток недоеденного яблока в кусты и побежала прочь. От него и от этого дома, которые в секунду стали для неё чужими.
***
Это было давно, теперь кажется, что в другой жизни. Дашка и сама не понимала, зачем она сейчас здесь. Взрослая, казалось, тётка, а после утреннего спонтанного звонка, бросила все и помчалась в эту глушь.
Дороги-змейки уже не было видно и она шла по памяти, не особо ориентируясь в местности.
Увидев дом, она не сразу его узнала. И без того небольшой, он превратился в совсем крошечный, почти игрушечный. Трава вымахала выше окон, отчего дом выглядел ещё сиротливее.
Дашка вытащила из сумки два яблока, ярко красных, размером с маленький арбуз и заплакала.
- Зачем ты уехал в эту чёртову Германию? Для чего? Кому ты что доказал? Ведь все могло быть совсем по-другому! Это всё ты! Ты во всем виноват! Какой-же ты идиот! Знал бы ты, как я тебя ненавижу. Все эти двадцать лет ненавижу.
Она аккуратно положила яблоко на помятую траву, минуту постояла и пошла, громко всхлипывая и размазывая слёзы по щекам.
Сегодня у каждого было по целому яблоку, красному и большому. Сегодня она вновь стала той пятнадцатилетней девчонкой, маленькой, худой, с выпирающими ключицами. Только сегодня уже не было его.
Этим утром она узнала, что он погиб. В этот день она окончательно попрощалась с ним.
С ним и с детством.