Некоторые творения советских писателей, которые сегодня входят в список самых значительных книг XX века и издаются миллионными тиражами, появились не благодаря, а вопреки советской власти. Речь идет о таких творениях как « Доктор Живаго » Пастернака и « Архипелаг ГУЛАГ» Александра Солженицына. Да и не только на литературном поприще появлялись ценные произведения - Цветаева, Ахматова, Высоцкий, Окуджава - люди, оставившие после себя огромное наследие, которое активно хотела закопать система. Почему так получилось? Давайте разбираться.
Корни цензуры в СССР берут свое начало ещё со времен Сталина. Однако в те года помыслить о нелегальном распространении книг и журналов никто не решался. Первые ростки такого рода деятельности появились с началом хрущевской оттепели и возникновением диссидентского движения. Именно тогда стала проявляться надобность в объективном освещении актуальных событий, а интерес к неподцензурной художественной литературе только возрос.
За цензуру в СССР отвечало Главное управление по делам литературы и издательств (Главлит). Предварительную цензуру всех книжных и печатных изданий в стране осуществлял Главлит, также он контролировал ввозную литературу. Все, что, на взгляд сотрудников управления, порочило советский строй или выглядело как антисоветская агитация, не допускалось в печать.
Так как запрещенной литературы уж очень хотелось отдельным представителям советского бомонда, на арену выходит "самиздат". Что интересно, именно благодаря этому способу распространения в СССР обрел широкую популярность доклад Никиты Хрущева на XX съезде КПСС « О культе личности и его последствиях ».
Толчок развитию и стремительной популярности самиздату дал активный интерес советской культурной элиты к запрещенным произведениям и возможность прочитать их, получив экземпляр от автора или из-за рубежа. В 1970-80-е годы самиздат был уделом не только диссидентов, но и распространялся среди студентов, просто любителей хорошей литературы и музыки.
Чаще всего произведения существовали в рукописном варианте и в виде машинописных копий, чтобы ускорить процесс изготовления использовалась копировальная бумага. При переписке вручную шариковой ручкой на газетной бумаге отчётливо получалось три копии, при использовании пишущей машинки - пять. В начале 1970-х стали появляться экземпляры, отпечатанные на принтерах, ксероксах, с помощью фотокопирования.
Но самиздат был направлен не только на печатное слово - ноты также изготавливались вручную. «На машинке мы печатали нотные линии, а сами ноты и знаки вписывали вручную, потом копировали и сшивали», - говорит Серегин. Так в народе распространялись стихи и песни бардов Булата Окуджавы, Юрия Визбора и других. Музыкальные произведения в первые годы нарезались иглой самодельного фонографа на старых рентгеновских снимках, а позднее записывались на магнитофон и перезаписывались до тех пор, пока можно было сквозь шумы расслышать музыку.
Стремящиеся привлечь внимание к политическим процессам диссиденты распространяли самиздатовские журналы. Самый известный из них «Хроника текущих событий» выходил с перерывами в течение 15 лет, за это время более половины выпускающих редакторов издания были осуждены и отправлены в ссылку.
Широкое распространение имел и «тамиздат» - пересылка неподцензурных произведений за границу, где их печатали и передавали обратно в СССР.
Одним из самых громких дел стал судебный процесс против писателей Андрея Синявского и Юлия Даниэля, чьи повести и рассказы печатались за рубежом. По 70 статье УК РСФСР (которая часто использовалась для приговоров за распространение самиздата) «антисоветская агитация и пропаганда» оба писателя были осуждены, но не признали себя виновными.
Всего по этой статье и статье № 190-1 («распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский строй») с 1956 по 1987 годы было осуждено более 8 000 человек.
Благодаря самиздату советские читатели не только получали доступ к злободневным романам и повестям и возможность узнавать о политических процессах, но и впервые знакомились с поэтами Серебряного века, которых не печатали в СССР. Многие книги просто невозможно было купить, они не переиздавались и не были представлены в книжных магазинах.