Часть 2
Мы приблизились к аэродрому, проникли на его территорию и вышли на взлётную полосу. На взлётной полосе мы установили металлические бочки и шины. Бочки зажгли. Главной целью была не допустить возможности приземления самолёта с украинскими силовиками.
В этот момент к нам приблизились вооружённые милиционеры из линейного отдела милиции, начали нас блокировать и попытались произвести арест. В это время на аэродром зашла колона с «зелёными человечками». Милиционеры даже не пытались оказать сопротивление, и «вежливые люди» взяли территорию под контроль, а по периметру расставили снайперов. В это время в Симферополь уже зашла российская техника, все органы власти и силовики были взяты под контроль «вежливыми людьми», но до последнего этот линейный отдел милиции не хотел сдаваться, а их начальник постоянно пытался кому-то дозвониться.
Это была ночь с 27 на 28 февраля 2014 года. Отдельно нужно сказать, что этот линейный отдел милиции был серьёзно обеспечен вооружением и личным составом. Они забарикадировались у себя и заняли круговую оборону. И тут начинается самое интересное. 28 февраля утром на аэродром приезжает Игорь Стрелков. Тогда я увидел его впервые и познакомился с ним. Стрелков вызвал начальника этого линейного отдела, спокойно к нему подходит и говорит: «Подполковник, тебе час времени перейти на нашу сторону. Если вы не перейдёте, я разберу ваше здание из БТРа на части». После этих слов Стрелков развернулся и ушёл, а подполковник украинской милиции стоял в шоке.
Снайпер правоохранителей всё время держал нас в прицеле. Минут через 40 этот подполковник завёл меня и ещё парня, который был со мной (Олег), обыскали нас металлодетекторами. Мы зашли, и я вижу страх в глазах у людей, которые там. Один из милиционеров подошёл ко мне и попытался отдать свой автомат, на что я сказал, что не нужно отдавать его мне. «Сдай в оружейку». Затем, я обратился к находящимся там милиционерам и сказал, что не нужно нервничать, что всё будет хорошо.
В итоге все сотрудники линейного отдела сдали нам оружие и спецсредства, а я сообщил «вежливым», что линейный отдел милиции перешёл на нашу сторону.
И в это время мы получаем информацию с диспетчерской о том, что к нам летит товарищ Турчинов на двух бортах со спецназом. Но аэродром был под нашим контролем, и у них не получилось приземлиться.
В этот же день мы захватили Сакский аэродром. В тот период каждый день были подобные ситуации, а украинские силовики массово переходили на нашу сторону.
Дальше всё было стихийно. До 18 марта идёт текучка. Все прекрасно понимали, что внутри есть враги и украинская агентура, которые в любой момент могут попытаться поднять восстание или совершить теракты. К этому моменту начинает подтягиваться НАТО. Президент России Владимир Путин заявил, что если НАТО нападёт на Крым, то мы применим любое оружие. События развивались очень быстро и опасно, нужно было что-то делать.
На Юго-Востоке события также развивались стихийно, но неподконтрольно. Я хочу отметить вот что. В нашей победе я хочу выделить следующую категорию людей. Те 150 человек беркутовцев, которые приехали из Киева, те, кто был не согласен с происходящем в стране, зарядили нас уверенностью и осознанием того, что нужно сражаться за свои интересы. Они сразу приехали с семьями, со всем оружием, вот эти 150 человек. Мы их сразу кинули на Чонгар, серьёзно усилились ими.
Во второй половине марта к нам приехала делегация из Славянска во главе с гражданином Пономарёвым, который вскоре станет народным мэром Славянска.
Пономарёв попросил нас поддержать русское восстание Донбасса, поскольку события происходили стихийно, а киевские силовики были опытные и организованные, что оставляло мало шансов восставшим. Нужно отдать должное Аксёнову, весь его штаб понимал важность русского восстания на Юго-Востоке Украины, а также необходимость проведения отвлекающего от Крыма манёвра. К этому момент возле Крыма уже сосредоточилось большое количество украинских силовиков и лидеров подконтрольных СБУ татарских группировок. Их задачей было поднятие восстания внутри Крыма, и они к этому готовились.
Поэтому штаб Аксёнова принял решение убить двух зайцев: поддержать русский протест Донбасса и совершить отвлекающий от Крыма удар. Планированием операции занялся Стрелков Игорь Иванович. Была определена группа добровольцев из 54 человек, в которую входил и я. До Славянска добрались 52 человека, двое сошли с дистанции. Моей основной задачей во время обороны Славянска было проведение контрразведывательных мероприятий, но это уже другая история.