О многодетности по-итальянски
Будущий оперный гений родился в бедной многодетной семье. Его земляки-неаполитанцы и сейчас могут рассказать изобилующую драматическими подробностями историю, что у Энрико было 20 (двадцать!) братьев и сестёр, из которых 18, увы, умерли во младенчестве. Во всяком случае, такой версии придерживался и сам тенор, когда его расспрашивали о детстве. На самом же деле у его родителей на свет появилось семеро детей, хотя выжило, действительно, трое.
"Ты пой давай!"
Папаша-механик отдал одиннадцатилетнего сына Энрико в подмастерья к специалисту, занимавшемуся строительством фонтанов. Каждый раз, когда впоследствии появлялся в Неаполе, Карузо любил показывать поклонникам фонтан, в установке которого принимал участие. По воскресеньям мальчик пел в церковном хоре, и местный священник не раз говорил ему, мол, нафиг фонтаны с твоим-то голосом – ты пой давай!
Ах, эти новые ботинки
Что бы как-то помочь семье сводить концы с концами, Карузо стал уличным музыкантом и вечерами выступал на Арбате в различных кафе и ресторанчиках. В возрасте 18 лет он, выступая на одном из курортов, #внезапно за один вечер напел себе на новые ботинки, которые незамедлительно и купил. О том, отдыхали ли в то самое время на курорте наши соотечественники, история умалчивает. Впрочем, предположить такое можно.
"Она последнюю рубашку с тебя без жалости сорвёт"
С деньгами у Карузо был напряг и много позже, когда он уже вышел из категории уличных музыкантов, но в категорию знаменитостей ещё не попал. На одном из фото 1896 года Энрико запечатлён как бы в древнеримской тоге. На самом же деле ему пришлось фотографироваться в простыне, поскольку единственная рубашка будущей звезды в этот момент была в стирке.
От бурных аплодисментов до тухлых помидоров
Однажды Карузо не хватило денег оплатить так называемую клаку (не путайте с клоакой) на одном из своих ранних концертов в родном городе. Клака – это группа специально обученных людей, которые по обычаям того времени получали от артиста приличные деньги, приходили по контрамаркам на концерт и заводили весь зал своими бурными аплодисментами и криками «браво!» С таким же успехом клакёры, которым сказали «денег нет, но вы держитесь», могли и освистать артиста – что, собственно, произошло на том самом выступлении Карузо. Он, понятное дело, обиделся и с тех пор больше уже не дал ни единого концерта в Неаполе и приезжал туда, по его собственным словам, «только поесть спагетти».
Кто же всё-таки ущипнул даму пониже спины
Потом, конечно, деньги появились – да ещё какие. В пик своей популярности Карузо вёл типичную жизнь селебрити той эпохи. Однажды, например, когда Карузо уже понаехал в Нью-Йорк, но ещё не привык к американским обычаям, его обвинили в административном правонарушении. Правонарушение заключалось в том, что, гуляя по зоопарку Центрального парка, Карузо взял и ущипнул совершенно незнакомую женщину там, где их обычно и щиплют темпераментные средиземноморцы. Дама заверещала, на шум прибежал полицейский и начал немедленно составлять протокол. Карузо категорически отрицал свою причастность к произошедшему, а дама подлила масла в огонь, заявив, что она ко всему прочему ещё и замужем. Карузо стоял насмерть и гнул свою линию: «Мне пофиг, замужем она или нет - это не я, это обезьяна из зоопарка её ущипнула!» В общем, дело завершилось десятидолларовым штрафом и бурным, хотя и краткосрочным скандалом в нью-йоркских оперных кругах. Такие дела.