У меня тяжёлая форма ДЦП. Я не могу делать элементарные вещи, которые для здорового человека, кажутся обычными. Я не могу даже взять ложку, чтобы поесть. И моё тело стало моей тюрьмой. Знаете, какого это сидеть в тюрьме всю свою жизнь? Читать я научилась только в тринадцать лет. Я не могу нормально говорить, и умение писать и читать это моя единственная связь с внешним миром. Я полностью завишу от родителей. И дай бог, чтобы они прожили долгую жизнь, потому что они единственные люди в мире кому я нужна. Когда они меня вывозят гулять, я вижу сочувственные взгляды. Но сочувствие — это нелюбовь и не дружба. Никто из них меня не поймет. Я читаю в интернете о девушках, которые переживают о своей внешности. О если бы мне сейчас дали здоровое тело, и пусть моё лицо пугает окружающих, пусть будет маленькая грудь и плоская попа, какая разница, если я смогу полноценно двигаться, жить. А я очень хочу жить, не проживать, а именно жить. Мне двадцать пять лет, я хочу любить и быть любимой. Но к