Интуитивное понимание
Мы считаем что гнев, страх и радость действуют и проявляются почти одинаково у всех. Как будто это копии одной программы по «генерации» эмоций, установленные на разных компьютерах.
Недавно стало ясно, что это совсем не так [1]. И тем более, это относится к чувству-состоянию надежды, которое даже эмоцией нельзя назвать.
Во-первых, очевидно все надеются на разное. Так же, как и радуются иногда противоположным вещам.
Во-вторых, мы проецируем свое состояние на других людей, и даже животных. Но мы не знаем и никогда не узнаем, как на самом деле чувствует надежду даже самый близкий человек.
Опираясь на замечательную статью [2] Альфрида Лэнгле, хочу немного поразмышлять на эту тему.
Экзистенциальная психология
Лэнгле [3] подчеркивает такие качества:
- Надежда — это не чувство, а внутреннее действие: занятие позиции, подтверждение того, что важно для нас
- Внешние действия возможны, но не обязательны. По настоящему надежда раскрывается, когда мы ничего не можем сделать.
- В тонком и глубоком смысле надежду можно считать онтологической установкой: то, что не произошло, нельзя исключать. Любой исход остается открытым.
- Сердцем надежды являются наши глубинные ценности, а также ощущение, что мы — часть чего-то большего.
- Истинная надежда не уводит от реальности, а напротив — глубоко укореняет в «здесь-и-сейчас».
Эволюционный подход
Хоть я романтик, да еще и последователь Адвайты, при объективном анализе жизни всегда опираюсь на научный материализм.
Причем в самой жесткой его форме: эволюционный редукционизм.
С одной стороны, надежда явно участвует в эволюции Homo Sapiens. Множество людей добровольно ушли бы из жизни, и тем более не стали бы рожать детей, если б не надежда — в самых разных формах.
Однако до сих не найдены явные биологические корреляты этого странного чувства. Более того, некоторые ученые [4] склоняются к тому, что надежде учатся дети в самый ранний период освоения языка и социальности.
Чем надежда не является и что ее убивает
Мечты, фантазии, внутреннее проигрывание ситуаций соседствуют с надеждой, но могут и стать ее суррогатом. Попытки самообмана и грезы о совершенно несбыточном скорее блокируют здоровое и цельное ощущение возможности и принятия. В своих крайних формах они приводят к дереализации и бредо-подобному состоянию.
Там, где с землею обгорелой
Слился, как дым, небесный свод,-
Там в беззаботности веселой
Безумье жалкое живет.
Под раскаленными лучами,
Зарывшись в пламенных песках,
Оно стеклянными очами
Чего-то ищет в облаках.
То вспрянет вдруг и, чутким ухом
Припав к, растреснутой земле,
Чему-то внемлет жадным слухом
С довольством тайным на челе.
И мнит, что слышит струй кипенье,
Что слышит ток подземных вод,
И колыбельное их пенье,
И шумный из земли исход!..
Федот Тютчев «Безумие»
Резигнация, сознательный отказ от ценностей и ложное смирение часто помогают избежать страданий в данный момент. Цинизм и нигилизм также являются мощными когнитивными обезболивающими.
И беда не в том, что это «плохо» или аморально. А в том, что они на ментальном уровне лишают опоры надежду и парализуют инстинкт игры-разведки-исследования.
Впрочем, искреннее и мудрое проживание резигнации — признак высокой духовной зрелости [5]
Ссылки
[1] Л. Ф. Барретт «Как рождаются эмоции»
[2] А. Лэнгле «Психотерапевтическая работа с надеждой...»
[3] Альфрид Лэнгле
[4] P. A. Dunavold «Happiness, Hope, and Optimism»
[5] К. Д. Бальмонт «Резигнация»