В прошлом году архив вартовчанки Марины Волк пополнился копиями нескольких военных документов, в которых прописано, где и когда призывался дедушка со стороны матери в годы Великой Отечественной войны и кем он был на фронте.
Долгое время в память о деде у неё хранилась лишь одна фотография. И вот спасибо сайту «Память народа»: здесь выкладываются рассекреченные списки личного состава частей, по которым можно даже проследить путь героя, что Марина Анатольевна и сделала. Разузнала подробности истории своего деда, Павла Афанасьевича, – в каких частях воевал, по каким дорогам шёл, и на 9 Мая прикрепила архивные документы к его портрету, чтобы влиться в нижневартовскую колонну «Бессмертного полка».
О тех далёких событиях рассказывала ей бабушка, и Марине особенно врезался в память эпизод с эвакуацией завода.
– До войны дедушка работал слесарем на гранатно-капсульном заводе в городе Шостка Сумской области, – вспоминает Марина. – Все знали, что в городе два военных завода. Ещё один – снарядно-пороховой. Внимание к ним было повышенное. Уже в наше время я прочитала, что до войны в городе действовала немецкая резидентура, и один из скрытых агентов при оккупации Шостки тут же стал бургомистром. Бабушка говорила, что в августе 1941-го жители с тревогой слушали фронтовые сводки, знали, что бои идут в стороне от них, на востоке Белоруссии, в московском направлении. Но внезапно немецкие танки повернули на Шостку, и в городе объявили об эвакуации заводов на Урал. Оборудование спешно грузили в вагоны в три этапа, и когда были готовы последние 250, дедушка побежал за семьёй. Погрузил всех с пожитками на подводу, но, подъехав к заводу, увидел, что состава нет. Как оказалось, ответственный за эвакуацию перенервничал и отправил поезд, не дожидаясь людей. Пришлось моему деду возвращаться домой. То, что рассказывала о тех далёких событиях бабушка, напоминало подчас советские военные фильмы, но в истории эвакуации родственников нет никаких домыслов. Дед был коммунистом, вступил в партию ещё в армии Будённого. Ночью собирался выехать из города, так как немцы вошли в Шостку через несколько часов после отправки последнего эшелона, но не получилось. Двое соседских парней распрягли его лошадь и разбросали упряжь по разным местам.
Дед потихоньку собрал сбрую и, как стемнело, снова посадил семью на подводу, приподнял ворота, чтобы не скрипели, и выехал со двора. В лесу, ближе к Орлу, его остановил конный разъезд чекистов и показал безопасную дорогу. В Челябинске, куда эвакуировали гранатно-капсульный завод, дед, имея бронь, ушёл на фронт в конно-стрелковые войска. Перед тем отдал свою лошадь на нужды армии. Уже в конце войны из Праги писал семье: «Возвращаюсь с Куколкой!». Бабушка знала, что дед нравился женщинам, поэтому решила, что с фронта он возвращается с боевой подругой, но Куколка оказалась лошадью. Всё-таки дед не мог забыть о своём будённовском прошлом, как не изменил и своему характеру – живому, жизнелюбивому. Одной рукой вёл под уздцы лошадь, второй держал под мышкой гармонь.
Очень уж он любил петь песни и на русском, и на украинском языках. Когда начинал рассказывать байки, то у дома на широких лавках сидело улицы две. Все знали, что Павел Афанасьевич сейчас такое расскажет! Такое споёт! Двоюродный его брат, кстати, пошёл по певческой линии. Со временем стал широко известным в России исполнителем народных песен Иваном Суржиковым. Рядовой же Павел Суржик после войны снова пришёл слесарем на свой завод, который вернули из эвакуации на прежнее место.
Читайте на нашем канале о поколении победителей. Напишите нам о своих победителя в комментах.