Л О Х
Б Е С П Л А Т Н Ы Й С Ы Р
ЧАСТЬ 32
В комнате были слышны негромкие голоса, Роман Викторович спокойным голосом разговаривает с Василием, Степан то, вставая, то присаживаясь, всё время, наблюдал за беседой Романа Викторовича и Василия. Сидоркин, молча про себя, бормотал, на вопросы Степана отвечал неохотно о чём – то постоянно думал. Степан, доливая брагу в однолитровые банки, с каждым о чём – то обменивался, разговаривал тихим спокойным голосом. Прокашливаясь, Степан хотел, выпрямится, сутулость не позволила ему стать прямо, красный нос ещё стал краснее, ноздри сильно раздвоились, заулыбался Сидоркин, посмотрев на Степана, повернулся в сторону Романа Викторовича и стал спрашивать: «Возможно, немного дней проживать у вас, и добавил тихим голосом, мне страшно здесь». Степан хотел произнести что – то, но повернулся к Роману Викторовичу, интригующе произнёс: - Ждали, я знаю, что ждали, сам не знал, как поступить с деньгами. Все мы бомжи, за исключением Романа Викторовича, знаю давно, вместе служили. Не будем считать пятитысячные, все переглянулись сначала, я разделил на четыре кучки, они примерно равны. Роман Викторович, проверти по плотности, что разделенные кучки одинаковые толщины. Роман Викторович подойдя к коробке, на которой лежали четыре на первый взгляд одинаковые столбцы из пятитысячных купюр. Взял один столбец, повертел в руках, потом второй, обратно его положил, взял третий и четвёртый. Да! Стёп! – почти одинаковые толщины, утвердительно сказал Роман Викторович и присел на свой стул. Теперь расскажу принцип раздела денежных средств, смотря, каждому в глаза настойчивым голосом Степан объяснил. С объяснениями все согласились, Василий взял свой полиэтиленовый пакет, раздался мелодичный звон стекла. Сидоркин не знал, как предложить, что у него тоже в сумке есть три бутылки коньяка. Роман Викторович услышал о количестве спиртного, с вежливости произнес: - я выпью только сто грамм коньяка. Завтра встреча, может это моя судьба. Василий, исподлобья посмотрев в сторону Романа Викторовича, чуть не плача, возьмите меня, мне тяжело, одинокий. Василий вытащил две бутылки водки и поставил на стол, Сидоркин по одной бутылке коньяка вытаскивал и рядом поставил с выставленными Василием бутылками. Улыбаясь, Степан и со вздохом, разговаривая, будто сам собою выговорил: - завтра куплю посуду, рюмки, мне столько спиртного не надо. Василий забери одну бутылку водки, а ты Сидоркин две. Жаль, расставаться с вами. Объединило нас, но не знаю что, каждый подумал про себя, не такое уродливое лицо у Стёпы...