Каждой эпохе соответствует свой тип молодого горожанина. Начало 80- годов в советском Ленинграде породило образ интеллектуала-весельчака, бражника, компанейского парня. Хотел бы я вспомнить еще одного человека. Он тоже покинул этот мир. Надеюсь его родственники не обидятся.
С Колей Ставицким мы учились вместе с пятого по восьмой класс. Наши пути пересекались и после - Университет, занятия спортом, кафе “Сайгон”. Лет через тридцать после школы сидим мы как-то на скамеечке весенним солнечным днем, загораем.
- Как обидно сложилась жизнь, - жалуется приятель. - Два высших образования. А дома не уважают. Поскольку денег везде платят мало. А как она, жизнь, начиналась! Я же был в школе круглым отличником.
Я вспоминаю и удивляюсь:
- Послушай, мы же в одном классе учились. У тебя же троек до фига было!
Коля замолкает, чешет затылок, махает рукой, отвечает:
- Ну, не важно.
Так и мифы Древней Греции складывались, песнь о Нибеллунгах, о Вещем Олеге, о “мальчике из Уржума”. Куда не посмотришь - сплошная мифология…
Много лет Николай работал патологоанатомом. Встречались мы в “Сайгоне”, пили кофе, и рассказывал Коля истории удивительные.
История классическая. Если давно-давно не звонил приятель, а тут он проявился - жди венерического заболевания.
- Я им говорю, - жаловался одноклассник, - у меня специальность другая. Идите к специалисту, вам антибиотиков вколют сколько надо. Не идут! Просят участия. А я - специалист по трупам! Патологоанатом!
Однажды позвонил Коле один наш общий знакомый и стал требовать встречи. Коля сперва отнекивался. Но знакомый поведал жуткую историю. Будто бы его знакомых девушек-студенток одолел с небольшой разницей во времени один жгучий и нечистоплотный молдаванин. И вот теперь девушки-студентки подозревают у себя сифилис и готовы совершить акт коллективного самоубийства...
Одним словом, уговорили патологоанатома произвести осмотр. Коля должен был подойти к Аничкову мосту и ждать подружек с журналом “Огонек” в руке возле того коня Клодта, у которого в промежности Наполеон. Патологоанатом пришел в назначенный час. Пришли и сифилитички. Они препроводили доктора по трупам в страшного вида коммунальную трущобу. Доктор помыл руки, надел белый халат и предложил пациенткам раздеться. Пока те стыдливо разоблачались, Коля пытался вспомнить картинки из учебника с сифилитической сыпью. Но сыпи на студентках не обнаружилось.
Тут-то и началась радостная гулянка, чуть не закончившаяся для Коли эпизодом любви.
Любовь - это тоже венерическое заболевание.
Осенью 1982 году умер Леонид Брежнев. В назначенный час на некоторое время под радио-гудки должно было остановиться всякое производство, кроме, пожалуй, мартеновских печей и космических полетов.
В прозекторской у Николая имелось радио, служившее информационно-музыкальным фоном. Как раз, когда радио загудело, патологоанатом и прозектор, пожилая сердитая тетка, разделывали очередное тело. Тетка, услышав гудки, отложила скальпель и встала над вскрытым покойником. Николай помялся, помялся и тоже встал по стойке смирно. Чтобы не донесли, куда следует, и не заподозрили в неблагонадежности.
Когда скончался генеральный секретарь ЦК КПСС, для молодой публики, думаю, следует расшифровать данную абривиатуру – генеральный секретарь Коммунистической партии Советского Союза - Леонид Брежнев – тогда население традиционно для страны встревожилось. Все уже привыкли к этому незлобивому правителю. А смена государя неизвестно к чему еще могла привести.
Генсека не стало, Рок-клуб был создан. Никто не знал, что эти явления взаимосвязаны.
Про Брежнева я больше не стану, а про Ленинградский Рок-клуб обязательно в следующих главах продолжу.
Продолжение тут
- Предыдущая глава
- Спасибо, что дочитали до конца! Если тебе, читатель, нравится, жми палец вверх, делись с друзьями и подписывайся на мой канал!