Я не удержался и залез в лабаз, стоящий поодаль от охотничьей избушки. Никаких гвоздей, только дерево. И оттуда, с высоты, я закричал:
– Вот она, избушка на курьих ножках! Здравствуй, бабушка Яга!
Капитан назидательно сказал:
– Это у вас Яга, а у нас баба Ёма!
Я спустился и похлопал по опорам. А вот ноги были действительно куриные. Хотя историки и этнографы пытаются доказать, что читать нужно не куриные, а курные, то есть эти опоры будто бы окуривали, чтобы сберечь он насекомых и вредителей.
Выслушав это высказывание, капитан Нестеров вредным голосом сообщил мне:
– Понятно, что только городской книжный червь, т.е. профессор-историк, мог решить, что если я покручу головешкой возле древесного ствола, то этот ствол ни муравей, ни какой-нибудь таракан, ни тем более росомаха или медведь не тронут! Ведь ерунда!
И продолжил:
– Я предлагаю разделить все эти сооружения на столбах, деревьях, ножках твоих любимых на два типа по их назначению: одни – чисто хозяйственные, это лабазы для добычи охотника, и они ставились возле охотничьих избушек. Другие – это ритуальные сооружения, это то, что ты нашёл возле брошенной деревни, только ты нашёл уже более поздние, века ХІХ, когда наши дедушки тела умерших уже хоронили, но по-прежнему ставили над могилой домики с крышей и окошком.
Я подхватил:
– Вот мы сейчас с тобой создадим непротиворечивую научную гипотезу, объясняющую появление образов бабы Яги и бабы Ёмы.
Смотри: они обе являются хозяйками леса, обе злые, они воруют детей, чтобы их зажарить и съесть, вредничают, им служат волки и медведи, они повелевают погодой и природой, при этом они людей не видят, а чуют, потому что мир живых и мир мёртвых не соприкасаются («…русским духом пахнет…») Но если кто к ним придёт и при этом себя правильно поведёт: поздоровается, назовёт бабушкой или матушкой – то обе бабки помогут в испытаниях!
– И кстати, – вмешивается капитан, – яг на коми – это не просто лес, это глухой бор, так что баба Яга – это баба из тёмного, страшного леса!
– Да! – радостно подхватываю я. – Это, скорее всего, при продвижении христианства были переосмыслены языческие боги и богини, так Велес стал святым Власием, но так и остался покровителем скота. А вот Яге не повезло, её заклеймили злой силой.
– И живёт она в бору, в домике мёртвых, поэтому у неё и нога костяная, она сама как мертвец.
Отсюда Баба-Яга являет собой представительницу мира мертвых или проводника в иной мир, связанного с погребальными ритуалами, живущая в таком гробике, домике мёртвых.
И кстати, я читал, что в Ярославском Поволжье при раскопках древнего дьяковского городища было найдено такое сооружение, мёртвый домик. Когда-то это был небольшой бревенчатый сруб, в котором находились кремированные останки 5-6 человек, мужчин, женщин и детей.
В подмосковном «домике мертвых» были найдены остатки не менее 24 трупосожжений, как и на городище Березняки, наверно, поэтому обе бабы всё время стремятся зажарить своих гостей, пришедших в дом мёртвых.
Мы сидим у воды, неспешно разговариваем. Пиля дед, то есть дед Филипп, чистящий рядом с нами рыбу, только что пойманную, вмешивается:
– Мне мой ещё дед сказывал, что гораздо на север он ходил, так видел у ненцев в тайге домики стояли, на двух столбах, там они своих покойников поднимали в эти домики, да так и оставляли.
– А кура, – объясняет В.И. Даль, и не нужно фантазировать и кого-то окуривать, – это в доме стропила, они упирались в крышу, в коня (теперь говорят «конёк крыши», то есть центральное бревно, прикрывающее два ската кровли), вот поэтому избушка и была у бабы Яги и бабы Ёмы на курьих ножках, то есть на длинных стропилах, и никто их не окуривал!
И мы торжественно пожали друг другу руки, а Пиля дед скомандовал:
– Айда рыбу есть, учёные люди, уже просолилась!