Найти в Дзене
ЛОГЛАЙНЕР

По дороге в бездну.

Лично мне фильм «Джокер» понравился больше, но фильм «Паразиты», главный лауреат "Оскара – 2020", тоже получился замечательный, а самое удивительное, что оба эти фильма, и корейский и американский, рифмуются не только между собой, но и с наши фильмом «Текст». Правда, в нашем кино, в отличии от «Паразитов» с «Джокером», на первый план вываливаются наши родные менты, которых у нас потом, если верить интернету, увольняют за то, что они празднуют своё повышение по службе под воровские шлягеры, но кино «Текст» всё-таки не про ментов и не про лагерную страну, как и «Паразиты» совсем не про классовое неравенство, как я это где-то прочитал, и не вариация на тему «Елены» Звягинцева, а "Джокер" это не просто предыстория персонажа из комиксов. Всё не так.

Все эти три фильма они про наше стремление к удовольствиям. Они не про счастье и не про смысл жизни, они – про досуг. Про улыбку радости. Возможно, что «Джокер» мне потому и понравился больше, что в нем Хоакин Феникс настолько непринужденно и бесстрашно проваливается то в абсолютно омерзительное уродство, что прям уже как и вообще не человек, а какой-то тролль, то вдруг взлетает оттуда с грацией настолько прекрасного и совершенного человека, что там невольно возникает вопрос о смысле нашей жизни, зачем живем и кто мы, но сам фильм этим вопросом не озадачен, как и «Текст» с «Паразитами». Смысл жизни сегодня вообще мало кого интересует. Центральная сцена «Паразитов» – сидят, пьют, гуляют и всё им в кайф. Они бы так сидели вечно.

Кадр из фильма "Паразиты", режиссер Пон Джун-хо.
Кадр из фильма "Паразиты", режиссер Пон Джун-хо.

Персонажи нашего «Текста», вроде как и пытаются вырваться за установленные им родителями рамки, но то, куда они пытаются вырваться – это тоже всего лишь череда сменяющих друг друга удовольствий, которые им, вроде как, убивает лагерная страна, а там уже и тень Сталина начинает мерещиться и т. п. Кино «Текст» кино очень хорошее, как кино, и всё там сделано замечательно, и мне это кино очень нравится, но я сейчас не об этом. Я о том, что у Балабанова, к примеру, в «Брате» смысл жизни ещё был, а в «Тексте» у Шипенко его уже нет. Куда делся? Потеряли? У Шипенко мы все уже такие безвинно осужденные, сидим себе в своей лагерной стране, смотрим в эту бездну и ничего с этим поделать не хотим и не можем. Словно Кай из "Снежной королевы" выкладываем из кубиков льда слово "вечность" и мечтаем отсюда свалить, но, если долго смотреть в бездну, как говорил Ницше, она обязательно посмотрит в тебя. В конце "Текста" главный персонаж пытается совершить поступок и спасти жизнь нерожденного еще ребенка, отца которого он убил, но судьба этого ребенка остается за кадром. Главный персонаж «Текста» случайно оказался в тюрьме, случайно убил, случайно влюбился в видеоролики чужого счастья, которое на самом деле совсем не счастье, всё случайно. Тут, конечно, напрашивается еще одна цитата из Ницше, что только птица может устроить себе привал на краю пропасти, но фильм «Текст» он совсем не о полете, он о бессмысленности наших медитаций над бездной.

Кадр из фильма "Паразиты", режиссер Пон Джун-хо.
Кадр из фильма "Паразиты", режиссер Пон Джун-хо.

И это не только у Шипенко. Финалы всех трех фильмов, фактически, идентичны, всё приходит к самоуничтожению, как одинаковы и поведенческие мотивы всех персонажей и одинакова их неспособность что-либо со всем этим поделать. Хозяева дома в «Паразитах», у которых всё, типа, зашибись в начале кино, столь же кастрированы своим стремлением к удовольствиями, как семья из подвала ими возбуждена. Собственно, в этом и заключается главный мотиватор нашего общего для нас всех – для корейцев, для американцев, для русских, для всех – общества потребления: купи себе удовольствие, купи себе безопасность, купи себе хоть что-нибудь, потому что жизнь без покупок – смысла не имеет. Во всех трех фильмах безопасность оказывается весьма относительная, как выясняется, а удовольствия, чтобы им сегодня можно было обрадоваться, требуют уже либо медикаментозной поддержки, как в «Джокере», либо наркоты и секса на телефон, как в «Тексте».

Кадр из фильма "Текст", режиссер Клим Шипенко.
Кадр из фильма "Текст", режиссер Клим Шипенко.

Ничего, кроме удовольствий, количество которых пропорционально нашей успешности, общество потребления гарантировать никому и никогда не сможет, и все эти удовольствия всегда будут оставаться только удовольствиями и никакой реальной радости они никому не принесут.

Кадр из фильма "Паразиты", режиссер Пон Джун-хо.
Кадр из фильма "Паразиты", режиссер Пон Джун-хо.

Общество потребления это путь в никуда. Это путь к самоуничтожению. И никого секрета ни для кого в этом нет. В конец 60-ых прошлого века всю Европу и Америку охватили студенческие забастовки и демонстрации, хиппи и т. д., Все те же самые мотивы были и в советском кино того периода, допустим, "Берегись автомобиля" Рязанова или и все эти наши барды того периода, но это всё гуртом кануло в бездну и в результате мы сегодня окружены уже таким количеством рекламы всевозможных удовольствий, что отсутствие у нас хотя бы одного их них создает в каждом из нас теперь ощущения, что наша жизнь лишена какого-то смысла. Да, жизнь без удовольствий невозможна, это так, а без радости невыносима, но, когда это всё превращено в набор товаров и услуг на прилавке: сто рублей за удовольствие, тысячу за радость, а за счастье миллион, когда это всё вне иерархии, когда необходимость в смысле жизни перестала быть нашей потребностью, то радоваться этому всему мы сможем только с натужной улыбкой Джокера Хоакина Феникса, которая ни к радости, ни к счастью не имеет уже никакого отношения.