В середине 70-х я работала адвокатом в Карелии. Был у меня один подзащитный, тип, конечно, весьма оригинальный. Из 50-ти прожитых лет, 34 он провёл на зоне. В мои клиенты попал таким образом: возвращаясь из мест лишения свободы, в вагоне поезда украл у пассажира сетку с 2-мя бутылками вина, сигаретами и продуктами. Преступление, конечно, небольшой тяжести, но поскольку он был особо опасный рецидивист, его арестовали и отправили в следственный изолятор. Поскольку он страдал физическими недостатками, ему назначили адвоката, это была я. Прихожу к нему в СИЗО, чтобы поговорить, наладить контакт, выяснить обстоятельства по делу. На лбу у него была татуировка – Раб СССР. Оказалось, поговорить с ним не просто: у него не было языка, он слышал, что я говорила, а ответы писал на бумаге. Спрашиваю, что случилось, написал, что язык проиграл в карты на зоне. На вопрос, кто будет платить за защиту, пишет ответ: «Пушкин». Дошло дело до суда, конвой доставил его в суд. Но К. (не буду писать его фа
Раб СССР без языка. (Записки адвоката с 45-летним стажем)
23 февраля 202023 фев 2020
113
1 мин