Иногда, когда я закуриваю очередную сигарету, мне становится страшно от того, что может быть.
Что буду лежать в палате обездвиженный, а рядом со мной будет сидеть Смерть и читать Вудхауса.
И вот когда я ее мысленно спрошу (а губами я естественно шевелить не смогу): "Слушай, а когда я сдохну-то?"
И она ответит: "Погоди, тут Вустер опять в такой забавный переплет влип, я сейчас дочитаю и пойдем, хорошо? И, вообще, тебя минсоцразвития предупреждал, лежи-отдыхай".
А это будет равносильно самому страшному приговору. Только лежать-отдыхать.
От этого страшно. Хочется, чтобы все было по-быстрому.
Чтобы сидишь с утра, на шее не завязанный галстук, ты хлебаешь быстро-быстро кофе, наклоняешься над столом - а потом бац, и она сидит.
Спрашиваешь: "Чего, пора?"
Она меланхолично так: "Ага, пора. Галстук можешь не завязывать, все равно не нужен".
А ты такой: "Слушай, а можно, чтобы никто про меня не помнил?"
А она: "Конечно. На мобилке бабло есть? Кинь на 9342 свой номер".
Я: "Какой номер?"
Она,