В большой камере СИЗО находилось около полусотни человек. На внутренней стороне двери висел полный список сокамерников, который менялся по мере прибытия либо убытия арестантов. Ближайшее к двери место на нарах занимал хлеборез.
В его обязанности входило получение хлеба по утрам и его распределение между сидельцами. Хлеборез не относился к блатным или авторитетам. Обычно им становился самый спокойный, хозяйственный, чистоплотный старожил камеры. Но, как правило, все обитатели хаты относились к хлеборезу уважительно.
Кому-то из сидельцев принесли передачку. Как и заведено, часть продуктов он отделил и поставил на общий стол. На сей раз на столе в алюминиевой миске лежала половина палки копчёной колбасы, пара помидор, длинный огурец, пучок зелени. Зашевелились самые «голодные» - нагловатые пацаны, которые всегда первые успевали взять с общего стола лучший кусок. Лишь какие-то сохранившиеся человеческие понятия мешали сделать это немедленно, – выдерживалась пауза приличия. Но в этот раз что-то пошло не так.
К столу подошёл хлеборез с двумя буханками хлеба. Протёр насухо стол и разрезал хлеб на куски, - по количеству арестантов. Разложил их в пару рядов. Затем очистил и начал резать колбасу тонкими дольками и раскладывать каждый кусок на хлеб. За манипуляциями молча наблюдала вся камера, - такого никогда не было. Никаких комментариев и вопросов, каждый как бы занимался своим делом, - но результат интересовал всех.
Была порезана колбаса и разложена на куски хлеба. Сверху на каждом бутерброде лежал кружочек огурца и долька помидора. Венчались кулинарные творения веточкой зелени.
На обитом железом общем столе никогда ранее не было такой красоты: два ровных ряда аккуратных аппетитных бутербродов.
«Пацаны, каждому по два», - сказал хлеборез, взял свои два бутерброда и пошёл на своё место. Все услышали, кто находился рядом – взял свою долю. Потянулись руки с верхних нар, - им также не спеша передали их доли. Кто-то спал или был вне камеры, – на суде либо допросе, - их доли никто не взял. Смотрящий и его окружение разрешили взять их доли кому-то из пацанов. Вечером подвезли отсутствующих, – их бутерброды дожидались своих владельцев.
Со следующей передачкой история раздела повторилась, а потом стала необходимым правилом.
Так родилась традиция, не совсем обычная для тюремной камеры.