У нас всегда жили дома кошки. И во дворе – собаки. В частном секторе это обычное явление: собака охраняет, кошка мышей ловит, и все на своём месте, все довольны. Особенно дети. Ведь когда есть свои животные – это хорошо.
Я почти не боялась оставаться дома одна. Потому что если в звенящей тишине дома начинал подкрадываться страх (необъяснимый и тяжело висящий в воздухе), то всегда можно было найти кошку или кота, посидеть с ними рядом, убедиться в том, что я не одна, ведь вот они – наши кошки. И страх сразу же уходил, не успев развернуться. Кошки его прогоняли одним своим присутствием.
Многие мурлыки не очень любят детей. Играют с ними, бегают за бумажкой на ниточке – да, но сами редко приходят и ластятся. И ты понимаешь, что уже большая по тому, как кошки на тебя реагируют. Стали приходить на руки, значит, считают не опасным маленьким ребёнком, а взрослым человеком.
У нас были долгое время серо-полосатые коты и кошки. Мурка и Мурзик, потом Фомка и Барсик. На фото, кажется, Мурка (потому что у Фомки был загнутый буквой «г» кончик хвоста). Мне тут лет 6-7. Кошки тогда любили сидеть под столом на задвинутых под него стульях, где под завесой скатерти – той самой зелёной* – они спали, скрытые от глаз. И мы всегда знали, где их найти. Полосатых, зеленоглазых, таких родных и очень самостоятельных.
