Младший брат. Он такой несносный заноза (в простонародье – «шило в з…це»)! И в детстве... ...когда мы учились в одной школе. Учителя всегда знали, куда бежать с жалобами на его выходки… — Григорьева, скажи маме, что Слава выпал из окна туалета с третьего этажа! И, мстительно выдержав паузу, уточняли: — А если бы там не было пристроя, то что, м? Бегу домой. Он — там. Играет! — Славка, обалдел? — Нуачо? Я самолетики просто пускал. А там подоконник кривой. Маме не говори, ладно? Одноклассники всегда знали, как можно меня поддразнить и, отловив мальца на перемене, подняв за ногу вверх тормашками, втащить в класс: — Григорьева, смотри, чего мы нашли! И в юности… — Роженица, там к тебе муж по водосточной трубе лезет. На вот, яблоки тебе передал. Ты б угомонила его, а? Сорвется, неприведигосподи. Третий этаж всё-жешь. Я представляла тоненького интеллигентного мужа-филолога, смотрела на немытые яблоки в газетном кульке и понимала – це он, мой младший брат. А он, в какой-то прекрасны