Часть 3-я заключительная.
В общем, согласился ветеран быть проводником у Ивана Андреевича в его поисках, хотя к надежде найти Анастасию отнесся скептически. Не было никакой надежды, чудес на свете не бывает. Но согласился.
Кружился вертолет над лесами по заданной цели, опустились на место катастрофы. Ничего, никаких следов, только обломки сгоревшего вертолета, густо заросшие таежной порослью. Поднялись с земли и вновь закружились над лесами. Блеснуло озерцо зеркальной гладью, и под горой ,скрытой могучими кедрами, обозначилось селенье. Сел вертолет на площадь перед деревянной церковью. Сбежался народ. Мужики с длинными бородами и дети подступили к вертолету. Молчали, на расспросы не отвечали. Из ворот церкви вышел длиннобородый, седой старик. Ветеран узнал в нем священника, своего старого знакомца.
-Здравствуй, Иван, - обратился к Ивану Андреевичу пастырь, как будто давно его знал. У хирурга похолодело в груди. - Не смогли мы спасти жену твою, в муках нечеловеческих родила она младенца, уже пребывая на пороге смерти. Похоронил ее народ у нас на погосте, отпели по нашим обычаям. А дитя наши женщины выходили. Последние слова, кои изрекла жена твоя, таковы: "Екатерину сохраните, Иван, отец ее, отыщет".
Теперь, Иван, ступай за мной. Один ступай. Дитятко чужих не зрело еще. Убоится. Сохрани ее Господь и помилуй! Позади церкви, в пристройке, в светлой горнице спала в большой ивовой корзине маленькая девочка, золотистые кудряшки разметались по подушке. Она сладко спала, подложив ладошки под румяную щечку.
-Стучите, для всех открыто, ищите и найдете,- чуть слышно проговорил пастырь.- Истинная вера привела тебя, Иван, к твоей надежде и счастью. Осень пылала ярким огнем узорчатых листьев, трепетавших в прохладном морозном воздухе. И у коллег Ивана Андреевича что-то затрепетало в груди, когда он медленно выходил из кабины вертолета, бережно прижимая к груди большой белый сверток. Они улыбались и поздравляли его, и только пожилая женщина-врач отошла в сторонку и заплакала тихо, чтобы никто не услышал.