На государственном телеканале «Россия 24» вышла новая программа Владимира Соловьева «Москва. Кремль. Путин». В течение часа ведущий, известный своей лояльностью действующей власти, исключительно благожелательно и даже с восторгом рассказывает о действиях президента за последние дни. Многим комментаторам содержательно и интонационно программа напомнила лениниану, телевидение брежневских времен или сталинскую пропаганду. Заговорили о новом культе личности. Но в 2018 году телевизионный продукт такого рода сложно воспринимать всерьез.
Хронометраж программы — один час. Владимир Соловьев в студии в своей традиционной манере рассказывает о том, что делал Владимир Путин в последнее время: посещал регионы Сибири, встречался с талантливыми детьми в центре «Сириус», проводил отпуск в тайге с министром обороны Сергеем Шойгу и директором ФСБ Александром Бортниковым. Для обсуждения действий президента в студию приглашают «экспертов» — например, журналиста того же телеканала Павла Зарубина, который в составе президентского пула журналистов ездит за Путиным по стране, или пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова. Естественно, подобные комментаторы могут говорить о Путине только с восторженными интонациями. Павел Зарубин, например, удивляется, как Путин может работать в столь напряженном графике. «Не очень понимаю, как выдерживается такой график, такой марафон… Начало недели — Кемерово, Новосибирск, Омск, потом президент вернулся в Москву. Везде, напоминаю, разные часовые пояса! Теперь Сочи. Все за одну неделю. Такая жесткая концентрация. Физически очень непросто». «В самом конце передачи мы покажем секреты физической формы президента и почему он в такой прекрасной форме», — обещает Соловьев. «Да! Точно!» — радуется Зарубин.
Первый же сюжет программы заставляет вспомнить то ли о «дорогом Леониде Ильиче», то ли о славословиях в адрес Сталина. Повествование начинается радостным рассказом о шахтерах Кузбасса: их могучей технике (правда, в кадре видно, что она в основном зарубежного производства — Caterpillar и P& H), производственных рекордах и планах на счастливую жизнь. «Насколько работа шахтера опасна и тяжела, Путин знает на собственном опыте», — говорит Зарубин. Выясняется, что речь идет всего лишь об однократном спуске президента в шахту, причем случился он не сейчас, а в начале 2000-х в Норильске, но архивные кадры демонстрируются с такой гордостью, как будто президент совершил настоящий подвиг. В конце сюжета Зарубин выражает радостное удивление тем, что Путин во время поездки подождал несколько секунд, пока губернатор запишет телефон одного из рабочих. «Уверен, что еще будут звонки, чтобы проверить: все, что было обещано [губернатором], будет выполнено. У президента не забалуешь», — подытоживает Владимир Соловьев.
В подобном ключе выстроена и остальная часть программы. Вместе с главой бюджетного комитета, единороссом Андреем Макаровым, Соловьев «анализирует» выступление Путина по поводу пенсионной реформы (на самом деле по большей части они хором умиляются тому, как президент четко и правильно сформулировал проблему и пути ее решения). Тот же Зарубин рассказывает о посещении Владимиром Путиным центра «Сириус» — сюжет также выдержан в благостном ключе и выглядит особенно лукаво на фоне новости о том, что один из встречавшихся с Путиным в «Сириусе» подростков сфотографировался с президентом в футболке с надписью «Навальный».