Этот риторический мамин вопрос — рефрен моего взросления. Он всегда действовал на меня, как гигантский ёжик с пломбиром: плод детской фантазии, совсем не страшный, но настораживающей своей неуместной нелепостью. Я мысленно огрызалась, что не больно-то и надо мне замуж. Но... старалась стать получше, чем являюсь на текущий момент. В детстве я обожала накрахмаленное постельное бельё. Его многие тогда крахмалили, даже в обычных семьях, а не только в пятизвездочных отелях, как сейчас. Ложишься в постель — она уютно, блаженно похрустывает, скользит по телу, убаюкивает. И пахнет такой первосортной свежестью! Обнимаешь свою подушку, вдыхаешь, ощущаешь и сама себе завидуешь. Правда, эффект накрахмаленного белья одноразовый, потом постель сминается и очарование улетучивается. Но ты уже кайф словил и ожидаешь, предвкушаешь повторение! Я ненавидела гладить подкрахмаленное бельё: если пропустишь складку, то приходится всё переделывать, это — так себе занятие. Если поторопилась, пропустила залом,