«Как же она красива. Римский профиль, нежная кожа, естественный смех, настоящий и завораживающий. И родилась она под счастливой звездой», – рассуждала я о Себастьяне и боролась со своими противоречивыми чувствами восхищения и женской зависти.
Себастьяна была молодая девушка лет семнадцати. Она представляла великий род, уже восемь поколений проживающий на территории Сицилии. Являясь крупнейшими землевладельцами, предки Себастьяны начали заниматься виноделием ещё в XVIII веке, но она сама – пока лишь молодая веточка мудрого и мощного древа виноделов.
Знакомство наше произошло на презентации их новых вин. В самом сердце виноградников, в поместье, расположенном в 70 километрах от Палермо. Несмотря на юный возраст, девушка участвовала в дегустации. Периодически нашёптывала что-то пожилому мужчине, сидевшему рядом с ней, и, расширяя вдумчиво глаза, слушала его ответы. Это был её дедушка, Джузеппе, который относился к авторитетнейшим виноделам Италии. Он уже не участвовал в управлении семейным бизнесом, но был его душой и хранителем.
А после дегустации мы познакомились, и дальнейшее наше общение складывалось динамично и комфортно, словно у давних подруг. Мы отправились на пляж, и наш путь проходил через большую часть виноградника. Себастьяна шла размашистым шагом, успевая и говорить, и реагировать на всё, что происходило вокруг. То внезапно подбежит и подвяжет лозу, выбившуюся из куста альберелло. То сомнёт в руке виноградный лист, и, шелестя им, сделает вывод – слишком звонко, значит, не хватает влаги. То поможет советом работнику – на всё, на всё у неё хватало энергии, желания и главное – любви!
Мы уютно расположились на сицилийском пляже. Она рассказывала о том, что сицилийцы – это вовсе не итальянцы, и радовалась, что идея присоединения Сицилии к США провалилась.
– Мы из горцев, в нашей крови много упорства, трудолюбия и любви к родной земле. Посмотри, какие вокруг пейзажи, сколько сочной зелени и холмов, покрытых пшеницей и виноградниками. А знаешь, как прекрасно меняется пейзаж к осени? Каждый сорт наполняется своим оттенком – и рождается тонкое, словно краски на полотнах Моне, звучание тонов. Фиолетово-золотистые тона – это цвет сорта Неро д'Авола, там в почвах преобладает глина; оранжево-жёлтые листья – это Инзолика, любит известняк. Светло-янтарный – это Траминер и Мускат, любители песчаных почв. Каждый сорт красив и индивидуален по-своему, а вместе они рождают сицилийскую симфонию! – с упоением делилась она.
– Сицилия – это жемчужина Италии. У нас уникальные вулканические почвы, дар могущественной Этны, вулкана, превосходящего Везувий почти в 2,5 раза. И у нас самые необычные сорта винограда. Послушай, как сказочно они звучат: Инзолия, Греканико, Катарратто, Неро д'Авола, Перриконе, Дзибибо!
– Знаешь, я очень люблю свою жизнь, люблю дедушку, люблю эти виноградники и вино, которое мы производим. Оно чудесное! В нём много души. Иногда мне кажется, что я недостойна этого счастья, и тогда я тружусь и тружусь, чтобы убедить себя в обратном... А сейчас угощу вином, похожим на тебя – таким же красивым.
Себастьяна царственно открыла запотевшую бутылку охлаждённого вина. Из сорта винограда Дзибибо, что с арабского означает «изюм». Он произрастает только на Сицилии! Дзибибо (Мускат Александрийский) даёт дивно-сладкие, душистые вина цвета золотого топаза. Букет «вихрится» абрикосами и персиком, мёдом и сухофруктами, в доминанте – цитрусы, пряности и минеральная струна сохраняющая свежесть.
Сицилийские вина дружелюбны по цене и мясисты по стилю: ароматически насыщенные и буйные по темпераменту. Красные вина – крепкие, мускулистые, с оттенками шоколада и чернослива, изюма и специй. Белые вина – раскрепощённые в своих ароматических эмоциях, с нотками подвяленной груши и гуавы, дыни и миндаля.
Вина здесь, как и люди – с ярко выраженным южно-итальянским характером: аутентичны, самобытны и незабываемы!
И Себастьяна тому доказательство.