Стенам Кордовской соборной мечети наверняка есть что поведать: они слышали и голоса вестготов, и мавританское наречие, и молебны католических священников.
Мескита или Кордовская соборная мечеть — так называют это место во всех путеводителях. Сейчас это не только главная городская достопримечательность, но и архитектурная гордость всей Андалусии.
Сначала, в 7 веке, здесь находилась вестготская базилика Викентия Сарагосского. Вестготское могущество в то время не подвергалось сомнению, но уже в 711 году их воинственная армия была разгромлена арабами.
Базилика была разрушена. В 785 году на ее месте появилась мечеть, которую эмир Абд-ар Рахман I построил в почитание своей жены.
У Кордовской мечети есть несколько особенностей, отличающих ее от других аналогичных построек: до сих пор ученые не знают, почему михраб Мескиты (место моления имама мечети) обращен не на восток — к Мекке, а на юг.
Мескита неоднократно подвергалась расширению из-за постоянного роста мусульманского населения: так, в правление Аль-Мансура её достроили с восточной стороны, сместив, тем самым, михраб относительно центра мечети, вопреки канонам мусульманского зодчества.
Однако и арабскому господству на Пиренейском полуострове пришел конец: во второй четверти 11 века могущественный Кордовский халифат распался на множество мелких эмиратов, а уже в 13 веке, в результате активно развернувшейся Реконкисты, исповедовавшие ислам арабы и берберы — мавры — потеряли большую часть своих земель.
И вновь облик Мескиты подвергся изменениям, на этот раз — в 1236 году, в период правления кастильского короля Фердинанда III. По указанию монарха мечеть преобразовали в христианский храм: минарет превратили в колокольню, вдоль стен построили капеллы… Но самые неожиданные архитектурные «потрясения» Кафедральный собор святой Марии (такое название носит Кордовская мечеть с момента христианизации) ожидали в 16 веке, когда по инициативе архиепископа Алонсо Маурике внутри в прошлом мусульманского храма началось возведение христианского собора.
Впоследствии Карл V, первоначально настаивавший на подобном преобразовании соборной мечети, скажет, что зодчие «построили то, что можно построить где угодно, и разрушили то, что было единственным в мире»: настолько величественным и прекрасным оказался памятник мавританской архитектуры, впервые увиденный правителем вживую только по окончании всех работ по его «христианизации».
Так, кордовская мечеть стала сочетать в себе не только различные архитектурные стили, но и атрибуты разных религий: напротив михраба расположена христианская капелла; синие плитки в виде звезд соседствуют с барочной резьбой 18 века.
Словами сожалеющего о перестройке мечети Карла V в 19 веке отчасти заговорит Гейне, посвятивший Меските и последнему ее арабскому преобразователю Аль-Мансуру стихотворение «Альманзор».