Прямодушный, твердый, сердечный, остроумный, любящий Отечество -Денис Давыдов, по воспоминаниям современников был таким и в жизни, и в творчестве. Чистосердечие в поступках и суждениях часто оборачивалось для него большими неприятностями.
В 17 лет Денис Давыдов был зачислен в гвардию, но через 2 года был переведен в Белгородский полк за басню «Река и зеркало».
В 1806 году он ночью явился к фельдмаршалу Каменскому проситься в армию с рекомендациями от всемогущей Марьи Антоновны Нарышкиной, но все-таки его приняли только тогда, когда командиром армии стал Беннигсен.
Давыдов был знаменит тем, что берег своих подчиненных и проявлял милосердие к плененному врагу. Он всегда старался избегать лишних жертв, за что неоднократно был репрессирован армейскими карьеристами.
Вот, например, «дрезденский случай».
Отряд Давыдова подошел к Дрездену (Новой части) и выяснилось, что маршал Даву отвел свои основные части за реку в Старый Город. Денис Васильевич, не дожидаясь прихода основных сил русской армии пошел на хитрость, чтобы добиться капитуляции противника.
Он приказал разжечь ночью по берегу Эльбы много костров, что со стороны внушило впечатление о несметном количестве русских войск.
Ранним утром 10 марта 1813 года он направил к бургомистру Дрездена переговорщика, который сообщил, что русские готовы к взятию города, но, предлагают решить дело миром, чтобы избежать кровопролития и разрушений. Бургомистр не стал рисковать благополучием горожан и сдал Новый Город без боя.
Из статьи о взятии Дрездена Дениса Давыдова:
"в полдень вся моя партия села на коней и по предписанному мною порядку вступила в ворота укрепления. Тут стоял гарнизон. Он отдал честь, сделав на караул при барабанном бое... Я благодарил гарнизон легким приподнятием шапки... Мы двинулись вперед, и песенники залились: "Растоскуйся, моя сударушка!.."
Погода была прелестная. Число любопытных невероятно. На всей большой улице не оставалось пустого места. Во всех окошках двух- и трехэтажных домов торчали головы; крыши усеяны были народом. Иные махали платками, другие бросали шляпы на воздух...".
Казалось бы, начальство должно было его щедро наградить. Но выяснилось, что освободителем столицы Саксонии должен был быть генерал Винцингероде, а Давыдов его опередил.
И бескровный мир с неприятелем назвали преступлением. Давыдова выгнали из армии и не расстреляли только потому, что Александр I сказал: «Победителей не судят».
За участие в 25 сражениях он получал высочайшие похвалы, но в 1814 году был разжалован из генерал-майора в полковники… «На верху» объяснили, что чин ему дали по ошибке.
А еще цензоры "постарались" и угодничая перед военным министром Чернышовым не допустили к печати его статью о взятии Дрездена.
"Дрезденская история" осталась для Дениса Васильевича вечной болью. Через много лет, в 1836 году, в письме к Пушкину он напишет, что и сейчас чувствует себя "в дураках от этого проклятого городишка...".
Друг Пушкина, Вяземского, Жуковского, Вальтер-Скотта он был ненавистен самовлюбленным бездарям за свои меткие эпиграммы и за то, что никогда не пресмыкался и говорил правду любому чину.
Подписывайтесь на Русский архив
Читайте: