Новый коронавирус, зародившийся в Ухане, Китай, был впервые обнаружен в Гонконге 22 января. С тех пор в городе зарегистрировано 62 подтвержденных случая заболевания и два случая смерти.Эти цифры намного ниже, чем в материковом Китае, где к настоящему времени умерло по меньшей мере 1868 человек, но Гонконг хранит воспоминания о смертельной вспышке тяжелого острого респираторного синдрома (торс) в 2003 году, и люди не рискуют.
Маски для лица распроданы практически везде,паникующие жители забаррикадировались дома - и политическая напряженность от протестов 2019 года вернулась к жизни.
Гонконг едва начал возвращаться к нормальной жизни после более чем шести месяцев часто жестоких беспорядков, когда разразилась эпидемия.
Теперь затянувшееся недовольство столкнулось с вирусом, чтобы создать идеальный шторм-разделенное общество, которое не может объединиться, столкнувшись с кризисом общественного здравоохранения, который требует единого ответа и парализованного правительства, оказавшегося в середине.
Кризис общественного здравоохранения превратился в политический...
В 2019 году про-демократические, антиправительственные протесты увидели миллионы марширующих против спорного законопроекта об экстрадиции, выдвинутого главой Исполнительной власти Кэрри Лам.
К тому времени, когда она отозвала законопроект-который позволил бы экстрадировать подозреваемых в преступлениях через границу в материковый Китай-требования протестующих расширились, включив в себя действия по более глубоким социальным жалобам.
В течение шести месяцев люди требовали отставки Лам, критиковали ее разрыв с общественностью и обвиняли ее в том, что она марионетка, контролируемая Пекином. Общественное негодование росло по мере того, как полиция боролась с протестующими слезоточивым газом и резиновыми пулями, а правительство отказывалось отступать. Для многих людей конфликт навсегда разрушил их доверие к властям.
Эти все еще свежие раны теперь окрашивают реакцию города на вспышку коронавируса, превращая вопрос общественного здравоохранения в политическое минное поле.
В январе многие гонконгцы из различных секторов, включая избранных законодателей, призвали закрыть границы Гонконга с материковым Китаем, чтобы сдержать вирус. Но эти требования также вернули знакомые нити локализма, идеологии, ориентированной на сохранение автономии Гонконга.
Антикитайские настроения растут уже много лет, и местные группы давно призывают остановить поток туристов с материка и отказаться от "патриотического воспитания" в школах Гонконга. Эти настроения усилились в 2019 году, когда протестующие боролись против того, что, как они утверждали, было ползучим китайским влиянием.
Страх усиливается воспоминанием о вспышке атипичной пневмонии, которая опустошила Гонконг, и тем фактом, что об этом новом коронавирусе еще так много неизвестно.
Только на этой неделе власти Гонконга объявили, что они изучают возможность передачи вируса через водопровод и трубопроводы, после того как два случая заболевания были подтверждены в одном и том же здании.
Все это сказалось на экономике города, которая уже была разрушена протестами 2019 года. Гостиничный бизнес, пищевая промышленность и сфера услуг сильно пострадали от резкого падения числа туристов и розничных продаж.
"Это непростая ситуация, потому что в данный момент в конце туннеля нет света", - сказал Аллан Земан, основатель компании-застройщика Lan Kwai Fong Group, в интервью CNN в начале этого месяца.
-Я знаю многих своих жильцов. Я не знаю, смогут ли они выжить."