Начал употреблять в юности. Хотел найти себя, почувствовать драйв, экстрим, показаться взрослым; это заводило.Сначала была травка, алкоголь, но я считал это ерундой. В 16 лет попробовал героин. И просидел на нем семь с половиной лет.
В первое время от употребления наркотиков мир яркий, все в кайф. Сначала это была ¼ грамма героина в день. Постепенно толерантность к наркотикам растет и ты чувствуешь не наслаждение, а острую потребность. Мой разгон дошел до 3 граммов в день дополнительно с обезболивающими. Потому что просто так героин уже не приносил удовольствие, я просто чувствовал себя нормально, как после кофе. Если хочешь кайфа, догнаться, нужно увеличить дозу. А при отказе чувствуешь не только физическую, но и эмоциональную боль, подавленность.
На двадцать второй день рождения я проснулся с ломкой и мыслями, что сейчас опять нужно искать деньги на дозу. А еще меня никто не поздравит, не с кем разделить праздник и вообще хочется умереть от безысходности. Я вышел из подвала, просил у прохожих позвонить, но мне никто не доверял — какой вид у человека, если он живет на улице. Один из прохожих все-таки дал телефон, я набрал маме и сразу крикнул: «Не бросай трубку, я умираю, мне нужна помощь, готов делать все, что ты скажешь». В семье был уговор — бросать трубку, если я звоню, потому что я много раз давил на жалость и разводил родственников на деньги. Но мама ответила: «Жди меня после работы».
Мама искала варианты, были разные предложения, по сумме от бесплатной помощи до миллиона рублей за месяц. Знакомые рассказали ей об одной больнице. Туда меня поместили на первое время. На три дня усыпили, еще четыре дня я был в состоянии овоща и не понимал, что происходит. Перед выпиской на седьмой день мне вшили в тело торпеду, она блокирует действие наркотиков при употреблении.
В моей жизни сейчас много крючков, которые меня сдерживают. Это моя работа, семья, родители, здоровый ребенок, команда, которая на меня смотрит, доверие государства. Меня это мотивирует идти дальше. Выложи передо мной разные наркотики, я еще и плюну тому, кто мне их предложил. Когда кто-то из моих знакомых срывается, я спрашиваю: «Как?» — «Встретил знакомого, предложили». Я всегда задаюсь вопросом, почему мне никто не предлагает. Где эти люди? Возможно, потому что я всем своим видом и жизнью показываю, что такое рядом со мной больше никогда не встанет. Но я понимаю, когда возникают проблемы или давление, оно может меня сломать, как любого человека. Поэтому поддержка окружения очень важна. Есть люди, которые и с десятилетним стажем срываются. Это жизнь. Нужно думать о том, что не позволит мне уйти в срыв завтра.