Копейкин задумчиво рассматривал платиновую иглу, зажатую в тиски. Она тускло бликовала в свете настольной лампы, указывая острием на потолок. Стол был завален ошметками белых перьев неизвестного орнитологам происхождения. Копейкин страдал. Он использовал уже все пришедшие в голову методы экспериментальной проверки количественного подсчета, но результат никак не приближался к желаемому, даже с учетом большой погрешности. В общем, ни в какие ворота. И Редискин, как на зло, куда-то запропастился.
-Вызывали? - в лабораторию ввалился румяный от мороза (как со слабой надеждой подумал Копейкин) Редискин.
- Нет, но, раз уж ты здесь... - Копейкин всеми силами пытался скрыть радость. - Вот не вписывается эксперимент в теорию. - слезы отчаяния подступили к горлу, но он вспомнил, что он мужчина, а мужчины не плачут. - Даже тех, кого удается заманить и удержать, больше двух на одну иглу не вмещается... Я уже и золотые иглы пробовал, вот, платиновую раздобыл. Не помещаются! А ведь так красиво на бу