Каждую неделю сотрудники фонда выбирают любимые маршруты выходного дня. В этот раз приглашенным автором стала Анастасия Мариловцева, которая будет отвечать за работу с посетителями на ГЭС-2. В рамках рубрики она предлагает архитектурную прогулку по району Хамовники.
Остоженка и Пречистенка — неиссякаемый кладезь архитектурных находок от нарышкинского барокко до неоклассицизама, модерна, конструктивизма и новейшей застройки «Золотой мили». Лучшее, что может произойти с вами здесь — это дрейф, но мне бы хотелось пригласить вас на прогулку по местам, знакомым мне со времен учебы в ИнЯзе и вновь открытым благодаря работе в V–A–C. (Наш офис находится на Гоголевском бульваре. Скоро мы переедем в ГЭС-2 на Болотной набережной, но это тоже совсем рядом).
Перед неспешной прогулкой хорошо бы выпить кофе. На территории Музея Москвы есть кофейня LES, и это уже праздник, ведь, как ни странно, кафе в округе не слишком много.
Далее по Остоженке — дом 38, главный корпус Московского государственного лингвистического университета, более известного в народе как ИнЯз имени Мориса Тореза. Здание спроектировано Матвеем Казаковым, московским starchitect конца XVIII века. Именно благодаря Казакову Москва стала приобретать свой парадный облик, ведь дома, которые раньше ставили в глубине участка, теперь выходили на «красную линию» улиц.
На фоне роскошных особняков голубой деревянный домик Тургенева (напротив ИнЯза) выглядит не по-московски скромно.
Далее — особняк архитектора Кекушева (№21), яркий пример московского модерна. По одной из версий, именно дом Кекушева стал прообразом дома Маргариты из романа Булгакова.
Раньше на Остоженке 16 находилось старое здание Московского дома фотографии, под сводчатыми потолками которого проводились камерные выставки. Теперь здесь высится стеклянно-бетонная громада Московского Мультимедиа Арт Музея. До 23 февраля успейте заглянуть на Лучо Фонтану и Франциско Инфанте.
После МАММ сверните в один из переулков налево. Оказавшись на Пречистенке, обратите внимание на дом Коншиной (№16), одну из самых роскошных неоклассических построек начала XX века. Сейчас здесь располагается Дом ученых РАН. По билету сюда может попасть любой желающий. Можно даже отобедать в столовой, хотя, говорят, не слишком вкусно.
Соседний дом (№20) известен как дом Айседоры Дункан. Он был построен (кстати, все тем же Казаковым) для примы Большого театра Александры Балашовой. Но когда Балашова эмигрировала во Францию, дом был отдан под танцевальную школу Дункан. Сама же Балашова по иронии судьбы поселилась в Париже в бывшем доме Дункан. Вот такой невольный house-swapping приключился у двух знаменитых танцовщиц.
Через пару домов, на той же стороне Пречистенки, расположен роскошный доходный дом Исакова (№28), построенный уже известным нам Кекушевым. Рассматривать богатый фасад этого пятиэтажного здания удобнее всего с противоположной стороны улицы.
Насладившись изысками ар-нуво, смело сворачивайте налево, в Мансуровский переулок. Неприметный деревянный дом под номером 9 — прототип дома Мастера Булгакова. Писатель жил здесь в гостях у своего друга Топленинова и работал над романом. В 1980-х, благодаря художнику Владимиру Курскому, сохранившему писательский уголок Булгакова, в «доме Мастера» собирались писатели и художники. Сегодня здесь живут потомки Курского, но в дом, к сожалению, не попасть.
Соседний дом (№11) — усадьба архитектора Кузнецова – примечателен низкой калиткой в каменной ограде. В начале 2000-х калитка бывала открытой, и можно было зайти во двор, где снимались фильмы Эльдара Рязанова и Сергея Соловьева. Сейчас калитка заперта на замок, но, если вам повезет, непременно загляните. По крайней мере сфотографируйтесь в проеме калитки и почувствуйте себя героем фильма «Быть Джоном Малковичем».
Всю эту массу разнокалиберных исторических фактов и разношерстных впечатлений и ассоциаций для легкого переваривания можно заполировать бокалом вина в баре «Дом 12». Как говорится, wash it down.
А если вам хочется понять, почему многие (некоторые?) люди так любят ходить по улицам и смотреть на старые здания, почитайте книжку Алоиза Ригля «Современный культ памятников», которую фонд V–A–C выпустил в 2018 году.
Why is old stuff such a big deal after all?