Новость о создании Научно-производственного центра, который возьмёт на себя документальное оформление орловского культурного наследия, взбудоражила орловцев. За подробностями «Орелтаймс» обратился к руководителю регионального Управления по государственной охране объектов культурного наследия Сергею Семиделихину.
– Сергей Владимирович, как удалось добиться финансирования при нашем-то скудном бюджете?
– Это был долгий путь. Наше Управление было создано в 2016 году, день рождения – 1 марта. Начинали с нуля, с бумажки. Было всего три человека, которые перешли из управления культуры. При этом задачи стояли и стоят колоссальные, прежде всего, организовать надлежащий надзор за организацией сохранения и использования памятников, оформить необходимую документацию на все ОКН, провести массовые археологические раскопки – Орловщина до сих пор белое пятно на археологической карте России, определить охранные зоны памятников истории и культуры. При этом финансирование – так сказать, эконом-класса. И в управлении нет в штате археологов, проектировщиков, краеведов и прочих специалистов.
27 января на рабочем совещании я доложил Губернатору о состоянии дел в подведомственной нашему Управлению сфере. В докладе мною было озвучено, что на разработку проектов зон охраны девяноста четырех объектов культурного наследия, расположенных на территории областного центра, из бюджета региона выделено более восьми миллионов рублей. Госконтракты достались липецкой фирме. Так сказать, «деньги ушли из области».
Во всех регионах есть организации типа Научно-производственных центров, которые выполняют эту работу. Их сохранили ещё с нулевых. А на Орловщине НПЦ было ликвидировано в 2004 году. Вместе с организацией разогнали людей, которые могли профессионально заниматься именно охраной культурного наследия: археологов, архитекторов, краеведов. Деятельность орловского НПЦ оценивают по-разному, но факт остаётся фактом: практически всё, что мы имеем сейчас, это их заслуга.
Самое печальное на сегодня то, что специалисты разбежались, кто куда. В Орловской области, к примеру, нет ни одного археолога. Хотя потребность в таком специалисте колоссальная, особенно в свете требований федерального закона об охране культурного наследия. По-хорошему ведь рядом с памятниками ничего нельзя строить, пока не будут проведены археологические раскопки. Приходится приглашать археологов из Липецка, Воронежа, Москвы, а это – деньги, и немалые.
По итогам обсуждения моего доклада Андрей Евгеньевич поручил нам проработать вопрос о создании подведомственного Управлению учреждения в сфере сохранения объектов культурного наследия и на это будут выделены необходимые средства.
– Это будет большая организация? Где рассчитываете искать специалистов? Определились с тем, кто их возглавит?
– Приблизительно четырнадцать – пятнадцать человек. Их ещё предстоит найти – собрать людей. Нужны архитекторы, археологи, проектировщики, эксперты… Что касается руководителя, то эта кандидатура пока только подбирается. Необходимо найти действительно специалиста своего дела, умеющего не только руководить коллективом, но и разбирающегося в специфике, имеющего достаточный опыт работы в отрасли реставрации объектов культурного наследия.
– Но Вы же сами говорили, что у нас нет ни одного археолога. Насколько мне известно, нет и ни одного лицензированного эксперта. Как будете выходить из ситуации?
– Пока – приглашать из других регионов. И растить своих.
– Много предстоит работы?
– У нас 2000 памятников истории и архитектуры, из них более семисот – воинские захоронения. Последние все имеют паспорта, а вот среди остальных – только порядка ста. По 360-ти ОКН археологии необходимо определить границы территории.
В прошлом году мы считали: в средних ценах 2019 года – работ больше чем на миллиард рублей. Понятное дело, что гораздо выгоднее платить сотрудникам зарплату, чем такие деньжищи отдавать сторонним людям. Опять же: как только НПЦ заработает, его специалисты смогут оказывать услуги и сторонним организациям, и другим регионам, то есть зарабатывать деньги на то же сохранение ОКН.
– И когда планируете сформировать коллектив?
– В этом году должны заработать.
– Спасибо за откровенные ответы.